Серебряный медведь

Тогда они пожалеют, что встали на пути господина дель Гуэллы, поймут, что быть у него в списке друзей гораздо выгоднее, чем в списке врагов... Но будет поздно.

— Пришли! — коротко бросил т'Исельн, указывая спутнику на невзрачный дом. Чтобы подобраться к нему, требовалось пересечь заросший высоким бурьяном пустырь.

— Эта развалюха? — оттопырил губу вельможа.

— Очень сожалею, ваша светлость, но пока что мы не можем проводить наши встречи в императорском дворце, — язвительно проговорил дель Гуэлла.

— Может быть, в скором будущем?

Дворянин хмыкнул. Дернул плечом.

— Но ведь там пусто! Света нет. Ставни заколочены.

— Должен заметить, не пусто, а тщательно создается впечатление, что пусто. А это, как говорят в Браиле, две большие разницы. Не так ли? — Начальник тайного сыска повернулся к замершим в двух шагах каматийцам и подмигнул.

— Но ведь... — промямлил совершенно сбитый с толку спутник дель Гуэллы. — Нам обязательно?..

— Обязательно! — отрезал господин т'Исельн.

— Если вы, милый мой герцог, хотите стать чем-то большим, нежели позволил ваш почтенный дядюшка. Хотя... Что это я уговариваю? Вы можете вернуться. Мне ничего не стоит отправить письмо в Верну, вашему кузену. Как бишь его? Вот незадача — запамятовал! Не подскажете ли?

— Не нужно никаких кузенов! — Герцог аж подпрыгнул на месте. Будто блоха укусила. — Идемте немедленно! Ну же! Господин дель Гуэлла, я жду!

— Конечно, конечно... — Контрразведчик притронулся пальцами к усам, якобы расправляя их, но на самом деле прикрывая ладонью довольную улыбку.

Кто бы сомневался? Герцог Мельтрейн делла Пьетро пойдет за ним до конца. Другого выхода у его светлости попросту нет. Кто он сейчас? Что есть у него, кроме головокружительного титула и длиннющего списка славных предков? Да ничегошеньки. Вилла в Уннаре и небольшой ежегодный доход. Правда, постоянный. Но очень уж небольшой. Можно сказать, маленький.

По давней Сасандрийской традиции, императорскую родню к управлению государством не допускали.

Зачем давать им доступ к власти и деньгам? Зачем собирать вместе при дворе в Аксамале, словно пауков со жвалами, сочащимися ядом? Слишком уж велик риск заговоров, закулисных игр и открытых мятежей. И кто знает, к кому начнут подсылать отравителей и душителей разохотившиеся наследники правящей династии — друг к другу или к его величеству, да живет он вечно?

Лет триста назад нечто подобное уже произошло.