Макото. Том первый и второй

И если ты не примешь клятву, они покончат с собой, — объяснил мне Гриша. Похоже, он знал, что именно задумал Гуоджин со своим отрядом. Мог же, зараза, предупредить, у меня было бы время всё обдумать. Не люблю вот так, без подготовки, принимать решения.

С одной стороны, на хрена мне всё это надо? Как я понял, если соглашусь, то стану их сюзереном, или как здесь это называется, не знаю. В этом случае я беру на себя всю ответственность за них. И накосячь они что-то, то разбираться придут именно ко мне. А по роду их деятельности накосячат они по-любому.

И смерть моих родных тому подтверждение.

С другой стороны, если я твёрдо решил, а именно так и есть, мстить Шуваловым своими силами, мне не справиться. А тут уже готовое военное подразделение, хоть и в сильно урезанном виде. Но, думаю, со временем это легко исправить.

Вспомнив подобные обычаи родного мира, что нас заставляли смотреть на факультативных занятиях в ВШР, я начал свою короткую речь.

— Я принимаю ваши жизни. С этого момента ваши беды — это мои беды.

Ваши печали — это мои печали. Ваше горе — это моё горе. Ваши радости — мои радости, — не успел я договорить, как весь плац затянуло густым туманом. Который, касаясь уже моих бойцов, втягивался в их тела.

После того как воздух на плацу полностью очистился, я увидел двадцать четыре пары широко раскрытых глаз, что изумлённо смотрели на меня. У многих глаза блестели от навернувшихся слёз.

— Вот же блядство! — вырвалось у Гриши. Впрочем, я был абсолютно не удивлён. Выругался он на чистом русском, это точно.

Никаким северным диалектом здесь и не пахнет. Я всю свою жизнь провёл в русском приюте и этих слов теперь не забуду никогда.

— Не выражайся при детях! — чисто рефлекторно произнёс я.

— Ты кусок дебила! Не-е-т, ты цельный дебил! Бородавка на коровьей заднице! Прыщ на мошонке таракана! Ты только, что принял в слуги рода двадцать четыре человека, которых увидел первый раз в жизни! — Гриша орал на меня так самозабвенно, что даже не хотелось его прибить. Но зарубку в памяти всё же оставил.

— Будь сейчас жив твой отец, старика точно удар хватил бы. Это же надо, двадцать четыре человека.

— Думаю, если был бы жив мой отец, мне не пришлось сейчас стоять здесь! — вспылил я. И ведь вспылил из-за собственной ошибки. А ошибку совершил из-за банального незнания местных реалий. Срочно нужно пройти курс молодого бойца. А то, боюсь, этот косяк с моей стороны может быть не самым страшным.

— Тут ты прав, говнюк, — вздохнул Гриша.