Доспехи демона

Короче, на простых примерах - когда судят всяких серийных маньяков, те, кто их не знает, а знает только их преступления - осуждают их и всячески порицают. А все те, кто знал этих чудовищ всю жизнь говорят, что он или там она всю жизнь были такими хорошими мальчиками и девочками, так всем помогали, что у них даже мысли не возникло, что это - преступники. Сечешь?

- Се... Что?

- Ну... Понимаешь?

- Нет! При чем тут преступники? Преступники у нас сидят в темницах, а власть - в замках и виллах!

Кажется, я окончательно ее запутал.

Судя по всему, таким образом побороть ее инфантильный максимализм мне не удастся.

- Ладно, совсем простой пример. Вот ты меня знаешь как Макса. Ты со мной спишь рядом, доверяла нести тебя на руках. Верно?

Тора кивнула.

- А вот представь, что завтра ты узнаешь, что ночью, пока ты спала, я пошел и убил десяток человек. Тебе об этом сообщит стража. Ты поверишь в это?

- Конечно, внутри тебя же демон.

Да твою мать!

Я закатил глаза и развел руками:

- Я не знаю, ты меня будто не слышишь.

Слушаешь, но не слышишь, ты... Ты вообще знакома с миром? Этот ваш орден - он что? Интернат? Пансионат? Тора, где ты родилась и росла? Как ты попала в орден?

- Я не попадала в орден. Я там родилась. - уверенно и даже с ноткой гордости в голосе ответила Тора. - Мои мать и отец были волшебниками высокого ранга в ордене и я унаследовала их способности. Там же меня научили читать и писать и контролировать свои силы. Отправляли на разные миссии в разные города Андрады, как посла.

- Во сколько ты начала путешествовать?

- В восемнадцать лет. Два года назад.

Все встало на свои места. Особенно положение Ордена в этом мире. Если раньше он казался сборищем небесных ангелов, что хранят на грешной земле мир и покой, охраняя куски потустороннего демона, то теперь стало очевидно - это скорее секта. Возможно, орден и создавался как благое начинание, но сейчас, спустя шестьсот лет, мозги у орденцов явно скособочились и из тайного общества, главной защитой которого от внешних факторов была та самая тайна, они превратились в сборище конспирологов.

В любом действии всех, кто не состоит в ордене они видят заговор, в любом представителе власти - злодея и нелюдя, а в любом проявлении неподчинения этой власти, напротив - глоток свободы и правды.

А ведь реальной правды они и не видят. Мешают шоры, которые даже не надевают на них - выращивают с младых ногтей, вдалбливая родившимся в ордене детям те истины, которые им удобны.