Сердеум

— направляя, Катрин осторожно коснулась прохладными пальцами его руки, отчего юноша мелко вздрогнул, но продолжил следовать ее словам. Но та либо не заметила этого, либо решила не обращать внимания. — Сохраняй их движение. Можешь даже остановить их, так будет проще.

— Нет, все нормально. — пожал плечом Николас.

— Тогда возьми еще одну нить, но более широкую. Разбей ее тоже и вложи в середину эти шариков. В каждый… Да! — воскликнула она с улыбкой, когда Николас подкинул перламутровое с золотым отливом сосредоточение чистой энергии и вставил во все водные шары.

Свет внутри раскололся на множество тонких лучей и градом осыпался на реку. Это походило на скопление маленьких «фонариков» в одном месте или звезды, только увеличенные в несколько раз и более яркие.

— Вау, о таком я не знал. — восхитился Николас, оглядывая подвешенные над водой «фонарики». — И в книгах не читал.

— Потому что это я сама придумала. — не без гордости хмыкнула Катрин и с уважением покосилась на него.

— А в тебе много сил, не каждый способен на такое. Такие элементы требуют много энергии.

— Больше концентрации. — пожал плечом Николас. — А энергия — дело второе.

Катрин уселась на землю, и юноша решал последовать ее примеру. Он продолжал держать «фонарики», любуясь их мягким светом и их медленным кружением над головой.

— Красиво это, — наконец вздохнула Катрин, откинулась назад и, облокотившись локтями о землю, закрыла глаза. — Я любила так делать, когда была энсердом.

Николас незаметно глянул на нее, но сразу же отвернулся. Пусть сейчас значительно светлее и он видит ее закрытые веки, но стоит ей резко открыть глаза — увидит его взгляд.

«Ну поговори же с ней, — шепнуло сердце. — Начни разговор!»

«Я… — совсем растерялся Николас. — Не знаю, с чего начать.»

— А как ты справилась с потерей сердца? — выдал он первое, что пришло в голову и почти хлопнул рукой по лицу. Ну почему он всегда хочет спросить что-то на неприятную тему?

— Не стану скрывать, очень тяжело.

— неожиданно спокойно отозвалась Катрин. — Особенно когда еще это афишировали на всю страну и нас заваливали письмами: мол, как мы вам сочувствуем. Хотя, казалось бы, такое происходит каждую неделю, и становление синсердом — не сенсация.

— В школе с младших классов учат справляться с потерей сердца. — задумчиво протянул Николас. — Это помогло тебе?

— Знаешь, наверное. Мы же знали, какие стадии будут, и мы готовились их преодолевать.