Орден Равновесия

- На последний вопрос ответить проще всего, - теперь исчислитель говорил чуть иначе, и даже по-другому строил фразы, - и как раз этот ответ позволит нам начать плести тот узор, который может превратиться в Пути. Э то значит, что у тех, кто смог добыть частицу древней твари достаточно сохранившуюся для того, чтобы провести ритуал ее возвращения к бытию, есть могущественные покровмители. Настолько могущественные, что они смогли создать культ, проникший в самые высокие сферы империи.

- Насколько высокие? - впрочем, Градинор и так знал ответ.

Но хотел услышать его со стороны.

- Думаю, вы сами прекрасно все понимаете, человек Градинор, - просвистел исчислитель, - но хотите, чтобы я сам все сказал и обозначил исходные точки, которые послужат узлами начала Путей. Давайте сверим наши мысли. У императора Силентия нет детей, хотя его супруга прошла все необходимые процедуры и ритуалы прежде, чем подошла с ним к Камню Соединения. Но у него есть два младших брата, удаленных ещё отцом Императора из столицы. Каждый из них владеет обширными землями, в которых является полноправным властителем.

Мы можем изучить владения каждого из них и убедиться, что и там, и там есть достаточно мест, где можно спрятать что угодно. Включая крепость, или монастырь, который станет центром нового культа.

Градинор понял, что лёгкая дымка давно перешла в густые сумерки. Лёгкий жест, еле слышный шепот, и с пола лениво поднялись незаметные до этого прозрачные шары, налившиеся неярким тёплым светом. Они поплыли над головами собеседников, и зал превратился в пещеру волшебника из древних сказок.

Градинор хлопнул в ладоши, и часть стены отъехала в сторону. Не глядя, он приказал,

- Кресла и стол. Лёгкий ужин. Обычный напиток для господина исчислителя.

И, ожидая, когда исполнят его приказание, подошел к краю проёма, за которым стихал шелест парка, сменяясь цвиканьем золотых цикад и мелодичным пощёлкиваньем ночных птиц.

Бесшумные слуги в одинаковых светло-серых одеяниях внесли кресла и низкий столик чёрного дерева, расставили блюда и кувшины.

Исчезли.

Сев, наместник налил в чашу из белой кости древнего зверя прозрачно-зеленоватый отрав целебных трав, и откинулся в кресле. Жестом разрешил исчислителю сесть и подождал, пока он нальет себе в такую же чашу тёплое молоко, сдобренное соком сладких фруктов.

Сколько себя помнил наместник, это было единственное, что исчислитель пил. Да и ел тоже.

- Продолжайте. Вы остановились на возможностях братьев Его Императорского Величества.