След Охотника

Кто там лает?

— Моя собака.

— Она крепко привязана?

— Да, — кивнул Глейн, проплыл внутрь — усталый, разморенный теплом. Он только слегка ослабил шарф. Когда следом за ним зашел Луц, с лиц близнецов сползли улыбки, теперь они смотрели исподлобья. Рыцарь должен был понимать, что атаковать его будут первым как более опасного. Когда Глейн сел на лавочку, он прикинул, что братья ростом с него. Конечно, то, что Кэйсар привел их сюда, еще не доказательство вины именно этих двоих, но проглядывалось что-то хищное в их поведении, заинтересованное.

И Глейн ощутил себя куском мяса, брошенным перед собаками. Наверное, стоило оставить Луца в деревне, тогда все быстрее бы подтвердилось. Рыцарь мрачной горой сел в углу у двери, небрежно смахнул снег и остается там оттаивать. Из-за одежды, накинутой на латы, он казался еще больше и внушительнее, старше.

— Что ты делаешь тут? — ласково начал один из братьев. — Мы вот с братом ушли в лес, но началась метель, и мы не успели вернуться.

— Я направлялся к отцу в Беринг.

Город совсем в другой стороне, то, что нужно для заблудившегося. Свернул не туда, ушел в сторону, никто и не найдет, куда он пропал, если его тут же закопают. А чей труп весной всплыл — кто знает?

Глейн грел замерзшие руки у огня, он старался держаться от незнакомцев дальше, потому что даже обычному путнику они бы не внушали доверия.

— Как твое имя? Сколько тебе лет? — ласково продолжил ближайший из братьев.

— Глейн, семнадцать, — отозвался Охотник и очень натурально вздрогнул, когда с другого конца лавки подсел второй близнец, перекрыв ему ходы к отступлению.

— Наш ровесник.

Завозился в своем углу Луц, заволновался, приподнялся, но сел обратно. С надеждой Глейн посмотрел в его сторону, но его внимание снова перетянули на себя братья.

— И? Зачем же тебя отец в такую даль посылал?

— К деду по материнской линии.

— Ты прямо как в той сказке, — засмеялся близнец, — волк тебя не сожрал? Или ты взял его с собой?

Глейн приподнялся, начал извиняться и собирался отсесть, но другой брат оборвал:

— Дрова почти догорели.

Эй, медведь. Принеси хвороста, а то твой хозяин замерзнет.

— Никуда я не пойду, — проворчал насупленный Луц, и отправить его подальше отсюда Глейн не мог — потому что слишком выдавали себя эти двое. Один из близнецов, что сидел к выходу ближе, встал, направился в угол к рыцарю, полностью закрыв от того брата и Охотника.

— Ты что, ослушаться решил? В сугробе спать будешь.