След Охотника

Я сказала твоему учителю правду, ничего тебе не будет.

— Правду, что ты ведьма, которую я уже три раза спасал, и один из них был от инквизиции? — Глейн сел наконец напротив, смотрел с вызовом. Выпивка была в их распоряжении, если хотели есть — кухня в правом крыле, еда в кладовке, только приготовить. Никаких слуг тут не осталось, весь город был вывезен на время, пока под стенами не перестанут качаться живые трупы.

— Ох, Глейн, ты бы сам себя давно сдал. Но нет, я сказала, что мы давние друзья и мне очень, очень-очень срочно нужно с тобой переговорить.

Потому что твоя девушка беременна.

После секундного замешательства Глейн пнул ее стул. Варин мог спросить, обручался ли Глейн с кем-то, и если нет, а Морана правда ему про это соврала, то врежет как следует.

— А на самом деле что тебе нужно?

— Пришла купить кое-что.

— Все лавки закрыты. Возвращайся.

— У тебя же купить. Глейн, с твоим везением ты постоянно куда-то влипаешь. Давай так — я дам тебе метку, — Морана подвинула ему по столешнице перстень: массивный, с красным камнем и почерневшим металлом, — ты сможешь трижды вызвать сильнейшего из демонов, и он должен будет убить всех, на кого ты покажешь.

Укажи короля — убьет короля. Укажи другого демона — убьет его. Скольких пожелаешь за раз. Рано или поздно ты же влипнешь так, что не вылезешь. И твой оборотень тебя не вытащит, и рыцарь с тобой же умрет, один панцирь останется. Так ведь?

— Это, вроде как, не твое дело, — огрызнулся Глейн, но Морана не обиделась — протянула руку, погладила его по щеке, словно ребенка, поцеловала в висок.

Охотник не уклонился.

— Глейн, мы все тебя очень сильно любим. Он говорил, что готов один раз тебя спасти, я рассмеялась ему в лицо и сказала, чтобы он тебя за дешевку-то не считал. Но если тебя убьют, а тебя рано или поздно прижмут и убьют, то нам всем будет очень грустно и плохо. Мы привязались к тебе, даже я привязалась. Я могла попытаться купить любого из ваших, но я хотела бы, чтобы это был ты. Чтобы я могла спасти тебя.

Глейн расслабился от ее прикосновений.

— Чего он хочет?

— На каком участке сражается один из ваших?

— Кто?

— Э, нет, Глейн. Ты сначала печать возьми, а потом уже говорить будем, — улыбнулась Морана, но руку убрала.

— Ему нужен Хеган?

— Ну да, у вас же кроме Хегана никого больше не существует. А вдруг у Кроноса тут сын от обычной женщины?

— Тогда этим сыном был бы Хеган, — пожал плечами Глейн, щелчком откинул перстень к ведьме. — Я не похож на дурака.