Свадебный переполох в Великом Краале Кумбу

Глядя на их редкие зубы и многократно бывавшими разбитыми лица, рачительный смотритель амбаров Кумбу выдохнул с облегчением: нового разорения на возмещение ущерба от арьянских кулаков их вид не сулил.

Рослые и мощные игроки чинку были куда большими мастерами борьбы, нежели добровольцы Кумбу. Тренировки Лома продолжились с возросшей интенсивностью.

Арьян закончил их за два дня до боя, когда в Великий Крааль Кумбу прибыл горностанский вождь Рамма-Занну, а с ним и прославленный на всю Высокую землю Хубеб.

***

Поглазеть на приближавшуюся процессию горностанцев высыпало едва ли не все население Великого Крааля. И взглянуть было на что. Сам Рамма-Занну находился в середине, он возлежал на пестрых подушках в огромном пышно украшенном паланкине, который несли восемь приземистых коренастых горностанцев в высоких головных уборах из шкур. Впереди в таких же шапках следовала группа плясунов, самозабвенно исполнявших воинственный танец, широко размахивая руками с выразительно скрюченными пальцами.

Позади следовали воины, горделиво посылавшие из лука в небо стрелы со свистящими наконечниками. Затем в процессии шли несколько мужчин, тащивших на носилках большую восьмиугольную клетку с Хубебом.

На бойце были набедренная повязка и черная шапка, такая же, как у остальных, но только косматая.

Поначалу он сидел спокойно, однако, как только клетка поравнялась с жителями Кумбу, он подскочил, схватился руками за прутья, утробно зарычал и принялся корчить злобные гримасы, таращить глаза и скалить длинные кривые клыки.

Из толпы кумбийцев последовали оскорбительные возгласы в его адрес, а затем и непристойные жесты. Хубеб яростно завыл и со звериными воплями, разбрызгивая слюну, стал носиться внутри, как бешеная макака, присевшая на горячие угли.

Клетка начала раскачиваться, норовя вывалиться из носилок. Послышались гортанные крики от одного из приближенных Рамма-Занну, и несколько прислужников бросились накрывать прутья пологами из шкур.

Одному нерасторопному разбушевавшийся боец до крови прокусил руку. Эта мера возымела действие: через несколько минут Хубеб затих и процессия продолжила шествие к отведенному им для лагеря месту возле Великого Крааля.

***

— Мои люди говорят, что ты презрительно отверг посланные тебе самые сильные чудодейственные средства, — произнес Мбанга, обращаясь к Лому после того как они поужинали в личных покоях царя.