Пионеры Лиадиды

Он уже не жилец, хотя минут десять еще продержится.

   Распятый моб под ним снова завизжал на ультразвуке. А Макс вдруг нащупал два глаза  по бокам странного нароста на морде. На расстоянии вытянутой руки в щупальцах монстра хватало  отломанных шипов и, вытащив один из них, Макс методично стал долбить  сколотым острием во все доступные части – глаза, жвало, основания щупалец.

  - Да сдохни же ты, тварь! - Пробулькал  Макс. Этот бой больше походил на родео и корриду одновременно. - Сдохни! Сдохни!

   Когда моб перестал дергаться, Макс выдохнул с облегчением.

Он перевернулся на спину и лег умирать. Однако чего-то не умиралось, хотя состояние снова вошло в режим «бредовое». Это не совсем опьянение как раньше  думал парень. Это кислородное голодание мозга и нарушение высшей нервной деятельности, при которых мысли начинают путаться, а воля слабеет. 

   Макс  отрешенно смотрел в грязное, но, в тоже время, радужное небо. Как в замедленной съемке, а скорее всего это он сам тупил, выскочили еще три моба.

«Абзац Кариусу» - про себя отметил Макс, но как-то вяло и безэмоционально. Будто все это происходило не с ним. Сверху  сыпались осколки, но каким-то чудом миновали Макса. Скользящий летит. Странно так летит, цепляясь за балки. Мобы устремились за ним, но вдруг откуда-то сбоку раздается мощный хлопок и монстров сносит в сторону. Они, кувыркаясь, уходят в сторону, вычищая еще один сектор от игл. И так и повисли рваными тряпками вокруг круглых панцирей. Забавно. Но хочется спать.

   - Очнись, кретин! -  Кариус тормошил Макса, словно тряпичную куклу. - Поднимай свой наглый зад! Двигаем наверх!

   Максу было настолько плохо, что он даже не пытался возражать. Кар пинал его под зад и говорил за что цепляться. Макс механически следовал его советам. Когда ему становилось совсем плохо, Кар кастовал какую-то руну и на время Максу становилось легче. На минуту прояснялось сознание, но потом снова наваливалась апатия.

   Последние метры Кар уже тащил парня. Если бы Максу не было настолько пофиг, он бы обязательно записал эти словесные кружева. Кар за шиворот выволок Макса на ступени и, скастовав еще одну руну, упал рядом. Временное прозрение показало, что и Сапфирка и Скользящий не в лучшем состоянии. Их кожа потрескалась  и превратилась в открытые раны. Кровь сочилась откуда только можно, включая глаза, нос и уши. Но потом Макса опутала  лень.