Ин и Яла

— Мне казалось, это будет происходить иначе, — прокомментировала я, стараясь не двигать мышцами лица. Больно не было. Неприятно немного, и только.

— Ты хочешь раздеться? — Его вкрадчивый вопрос поначалу сбил с толку, но, заметив подрагивающее уголки губ, поняла, что он это не серьезно. Поэтому с облегчением лишь подыграла ему, расслабившись:

— А надо?

— Нет. Но мне было бы приятно.

На что я все же не удержалась от улыбки:

— Как-нибудь в другой раз.

— Яла, не шевелись! — грозно произнес он, отнимая палец. Затем, сделав еще два штриха, обрадовал: — Вот теперь все.

— И что это было?

— Если коротко — лечение.

— А если нет?

Вздохнув, Ин переместил руку мне на плечо, на этот раз просто погладил кожу ладонью, ощупывая свои труды пальцами. Черные разводы напоминали корни деревьев со множеством отростков. Выглядело странно, да и разницы я не чувствовала. Удовлетворившись своей работой, он все же пояснил:

— В некоторых деревнях еще помнят технику внушения под названием «Ками-кадзе», иными словами «безумство богов».

Ничего божественного, правда, в ней нет. Воину запечатывали некоторые центры Ки, организуя энергетический дисбаланс, делая его нервным и агрессивным. Ты же, Яла, чудом прожила все это время, ни разу не поддавшись на провокацию. Я удивлен до глубины души твоей выдержкой. Не каждый способен и пару лет прожить после этого. Ты же поддалась провокации только лишь раз.

Проглотила информацию, толком не пережевывая, все равно бояться уже поздно. Поэтому попросту перешла к следующей теме.

— А что хотят Мастер Ань и Мастер Ото? Зачем мы им? — уточнила, кидая взгляд на упавший на пол рядом с собой свиток, вывалившийся из рук несколько мгновений назад.

— Там не сказано. Оба сообщают об отмене боев. — Нахмурившись, Ин отстранился и встал, занявшись мясом на вертеле, жарящимся над костром. — На ум приходит только исключение из додзе. Другой возможности кодекс синоби не предусматривает.

— Значит, узнаем, когда вернемся — обреченно произнесла я.

— Ну а теперь еда и сон.

— Ободряюще погладив меня по спине, наставник потянулся и достал для меня тарелку с рисом. Порывшись в походном рюкзаке, развернул чистую ткань, вынул палочки и нож. Я потянулась к нему, забирая чашку, жадно уставилась на подрумянившуюся тушку кролика. Рот тут же наполнился слюной, кажется, я даже попыталась выхватить нож у Ина из рук, чтобы ускорить процесс.

Хмыкнув, Ин лишь отдернул руку и отрезал основательный кусок филейной части, протянув его мне.

— Спасибо.