Импровиз. Надежда менестреля

Хотелось верить, что в этот раз ему принесли снадобье, выводящее из тела остатки яда, которым его обездвижили в Бракке. Есть ему хотелось, но менестрель давал себе отчёт: любой кусок мяса или сыра, даже ложка каши — нужно смотреть правде в глаза — не полезет в горло, а если его протолкнуть «через не хочу», то почти наверняка попросится наружу. Поэтому восполнить жизненные силы можно было исключительно с помощью орехов и сушёных ягод, тщательно разжёвывая их и запивая отваром трав.

Ланс налил в чашку, называемую на Айа-Багаане пиалой ароматный горячий напиток, пригубил, стараясь не обжечься.

Отвар приятно освежал, отдавая мятой и жасмином. После второй чашки перестала болеть голова, но начали слипаться глаза. Последней мыслью альт Грегора, прежде чем он провалился в ровный сон, было: «Выпей отвары и выпей отравы. Как близко по звучанию, а какая разница в смыслах...»

Снов он не видел. Никаких. Ни радостных, ни кошмаров.

Проснулся от жгучего желания облегчиться. К счастью, широкогорлый кувшин, предназначенный для отправления естественных надобностей, стоял под койкой.

Из другого кувшинчика, размером поменьше, менестрель поплескал себе на лицо и руки. Морская вода, солёная. Но иноготрудно ожидать в пути. Запасов пресной воды на кораблях едва хватает, чтобы пить и готовить пищу. Менее привычный к испытаниям человек, может, и возмутился бы, но Ланс принял временные трудности, как должное.

В животе уже урчало. Быстро допив остывший отвар, альт Грегор улёгся на разобранную постель и принялся читать едкие четверостишия Дар-Шенна из Дома Синей Каракатицы.

Как обычно, некоторые из них показались как будто о нём написанными. Но это и есть достоинство великого поэта, в отличие от поэта рядового, обычного. В его творчестве всегда можно найти нечто, что ложится тебе на душу именно в те мгновения, когда ты открыл книгу, отражает твоё настроение. Тебе радостно и стихи попадаются радостные. Грустно? Стихи будут печальные. И так далее.

Вот чем не созвучно с мыслями, которые прошлым вечером метались в голове менестреля?

На человека небывалые несчастья

Пасть могут волей рока в одночасье.

А тот, кого они пока минуют,

И сам в какой-то мере уже счастлив.

Принимай жизнь такой, какая она есть, радуйся даже временным удобствам и тете станет легче. Лучше, возможно, не станет, а легче — точно.

Или вот об отношении к людям. Вот взять, к примеру, новых браккарских знакомых. Своего рода честные и благородные праны.