Волчье отродье

- Нечистый с ними обоими! На Господа мне начхать, а крулем можно и папочку сделать!

Но грусть не ушла.

- Глупости говоришь, - клинки продолжали втыкаться в дерево, вычерчивая на мишени почти идеальный круг. – Крулева дочка тем паче должна приличия блюсти. Получите рокош от всех панов одновременно. Да еще поддержанный Святой Церковью. И сожгут тебя. Вместе с папой. Если не успеете сбежать в Сваргу.

- Гнилой базар, в натуре, - буркнул Медвежонок, для тренировки постоянно меняющий наречия. Важно было каждую фразу сказать на каком-нибудь одном языке, не сбиваясь на другие.

- Ты не хочешь на мне жениться? – ехидно спросила Ядвига.

- Не в напряг три года порожняк гонять[2]? – лениво процедил младший. – Ты, паненка, маромойка краснучая[3], но на мой прикид бабайка[4] немного! Шестерик не двойка[5]! Сбарабай жабера[6] по вкусу. По тебе ж пол-Хортицы свалехалось[7], со Славки начиная!

- Нет, я тебя всё-таки побью, - беззлобно произнесла девушка. – Бегаешь за ним, ночей не спишь, от пол-Хортицы отбиваешься, княжичу от ворот поворот даешь, а он - «бабайка»… Побью!

- Берайтс драй яре вершприхст, - по-вентски хмыкнул Медвежонок.

- Кстати, правда, - Коготь повытаскивал ножи из чурбака и вернулся обратно. – Чего до сих пор не побила?

- Он не дается, - пожаловалась Ядвига. – Перекидывается и убегает! Злые вы! Уйду я от вас. Вот завтра с утра и уйду!

- Ядзя, хафа нашан[9], - Медвежонок, перекатившись, оказался лежащим бок о бок с девушкой. – Хоҳи бизан! Ман намегурезам,[10] - теперь парень говорил на черсидском.

Вместо ответа девушка порывисто обняла велета и чмокнула в щеку.

- Опять телячьи нежности… - пробурчал Медвежонок, но освобождаться от объятий не спешил. – Оно тебе надо?

- Мне – надо! - подтвердила Ядвига. – Еще пара лет, и тебе надо станет.

- Пани, Вы бы хоть не в моем присутствии брата совращали, - нож прочертил воздух, ставя первую точку будущего узора. – Или ты практикуешься? Спецкурс для девушек, да? Сильно вас учат, я уже слюнками истек.

- Грубые, бесчувственные эгоисты, – вздохнула Ядвига. - И за что я вас так люблю?

- Мы… Это… - Медвежонок сел, почесал в затылке, лег обратно. – Обаятельные! Вот!

Девичья рука взъерошила ему волосы.

- Слушай, Ядзи, ты ж генетику лучше всех знаешь, - мальчик неуклюже попытался перевести разговор на менее опасную тему. О касающихся его матримониальных планах он предпочитал не задумываться и не разговаривать.