Демоны обмана (ОИ-5)

Внутри тоже пробирались на малом ходу, чуть не оглохнув от грома салютов и холостых выстрелов. Только от порохового дыма над акваторией порта образовались приличные облака, потому что стреляли все и вся, что из крепости, что береговые орудия, что с военных кораблей. Оставалось только удивляться, почему до сих пор такое опасное, в первую очередь для стреляющих оружие, не пошло на переплавку.

Ну и на самом пирсе, в окружении пышно разряженных придворных, и придерживаемая за локоток своим супругом Теодоро, подпрыгивала от нетерпения и восторга любимая, единственная дочка Семёна - Виктория.

В данный момент она совсем не отождествлялась со всемирно известной, строгой, решительной и величественной императрицей. Пока крейсер швартовался, любящий отец вглядывался издалека в милые черты своего дитяти и видел в них всё ту же непоседливую, взбалмошную девчонку. И так хотелось её обнять, прижаться, что и сам стал топтаться на месте словно рвущийся в бой рыцарский конь.

- Веди себя солидно! – одергивала его, стоящая сбоку Люссия.

– На тебя смотрят все без исключения!

Смотрели и в самом деле все, в том числе и демоны. Самому Загребному обозначить себя в ином пространстве Изнанки было ещё не по силам шабена. Но вот при суммарных усилиях графини Фаурсе, стоящих сзади Леона и Луки, при помощи ещё и корабельных офицеров не только контур, но и всё тело в одежде могли в данный момент рассмотреть и демоны. Так что и в самом деле смотрели, но самое главное - видели, все.

И всё равно, когда опускаемый трап коснулся пирса, Семён не удержался от порыва и чуть ли не сбежал вниз на ногах с подрагивающими коленками.

Вопреки положенному этикету Виктория тоже бросилась навстречу отцу и пару минут они просто стояли обнявшись, шепча друг другу как рады видеть друг друга и насколько они соскучились. Причём всё это время над пирсами, портом и городом висела относительная тишина. Никакого ропота недовольства или требований вспомнить о протоколе. Семья дело святое! Тем более, когда вопрос касается обожаемой императрицы и её всемирно известного отца.

Наверное, родственники так бы и стояли на пирсе, позабыв про всё на свете, если бы за них не принялись другие близкие им люди. Одновременно с двух сторон послышались деликатные покашливания Люссии Фаурсе и императора Теодоро. Дочь скользнула в сторону, обниматься и целоваться с демонесой, благо как обе шабены высокого уровня могли это сделать без труда. А отец шагнул вперёд к зятю с протянутой для рукопожатия рукой.