Эдемский Маг. ТОМ II

Азартные пылающие рвением глаза того человека, кого он ещё совсем недавно уверенно и смело называл предателем и уничтожителем всего магического общества, вечно маячили перед взором Вальтера. И лидер магического ордена не понимал, как на это следует реагировать…

Адонис, как ни в чём не бывало, весело общался с Дамиром, полностью разуверившись в теории Вальтера.

— Уважаемые! Сейчас мы ознакомимся с планами и вашими исписанными картами, покуда ждём четвёртого архимага. Либерт наверняка на подходе, так что не волнуемся и готовимся к штурму Чёрного города, господа! — Дамир говорил столь уверенно и столь правильно, что даже Вальтер косил взглядом и проникался речами прибывшего архимага.

Воинство, пришедшее вместе с ним, уже мирно храпело подле остальных солдат, и такие разные и не родные друг другу маги всё же стали одним нерушимым целым. Войском из трёх армий. Войском из лучших и из самых превосходных магов в Нижнем мире.

Дамир радостно улыбался и порхал над шершавыми, трескающимися под пальцами картами, накладывая на них всё новые и новые стратегии, и ведь выглядело не плохо и даже, отчасти, гениально, словно он и вправду стал стараться, будто бы безусловно соглашался, что поход был необходимым и верным решением.

«Какой-то бред. Наваждение. Этого просто не могло произойти… Неужто я мог так сильно ошибиться?» — размышлял Вальтер и сомнения уже вгрызлись в его сердце. Словно Дамир стал тем самым извивающимся чёрным шипящим змеем, а Вальтер примерил маску Сына Бога, эдемского жителя, которого пытались провести, как ребёнка.

Но Вальтер не мог повестись, он не был наивным, не был доверчивым.

— Когда сюда подоспеет и Либерт, наша армия станет ещё сильнее, ещё множественнее, и никакой враг не посмеет встать перед нами и диктовать свои условия! — продолжал Дамир, чувствуя как вокруг него уже вовсю забегал Адонис, сыпя комплиментами, вечно кланяясь и прислуживая, как собачка, попавшаяся на толстую-толстую прочную цепь. Дамир с лёгкостью крутил стариком, постоянно улыбаясь да говоря вежливые, аккуратные и правильные слова, а про себя посмеиваясь над безмятежным придурковатым Адонисом, раз в шестьдесят минут целующим свой бесполезный и нелепый на поле боя крест.

И даже Вальтер оказался уязвим, хоть и не так сильно, как сошедший с ума Адонис. Воистину, верующий очень слаб, ибо всякая вера его и любая привязанность сильны, как крепкий медный якорь…

Время текло, воины спали, готовясь уже даже Бог не ведает к чему.