Три службишки

А ты будешь понимать его язык, а когда захочешь – сможешь глядеть его глазами.

Низко поклонился Ерофей старухе:

– Спасибо, бабушка. Пойду искать себе ватагу, в одиночку-то какой промысел?

– Ватагу искать? А вот тут я тебе помогу.

– За новую службишку? – ухмыльнулся Ерофей.

– За то что бабушкой назвал.

* * *

На речном берегу, под крутым утесом, горел малый костерок. У огня сидели восемь оборванцев. Хоть и голодны они были, но глядели не на котелок, в котором варилась речная рыбешка. Глядели на двух верзил, хмуро стоявших друг против друга.

Напряженную тишину прорезал старушечий голос:

– Что-то вы, придорожные работнички, невесело празднуете свое спасение!

Все повскакали на ноги. Двое верзил, только что мерившие друг друга тяжелыми взглядами, обернулись к вышедшей из мрака крепкой старухе.

Тревогу бродяг можно было понять: рядом – страшное, загадочное Чернолесье.

– Ты, бабка, откуда взялась? – не выдержал один из оборванцев. – Разве тут люди живут?

– Люди здесь не живут, – спокойно согласилась старуха.

Эти слова заставили бродяг отпрянуть назад. Только один дурень начал удивленно:

– Ты, стало быть...

Крепкий подзатыльник от соседа заставил дурня поперхнуться несказанным словом. И правильно. Некоторые имена лучше вслух не произносить.

– Ушли, стало быть, от погони, – продолжила старуха. – Сколько вас было в ватаге, пока за вас не взялось царево войско?

– Ой, много, – ответил кто-то из-за чужих спин. – Под сотню набралось бы...

– А остался десяток, – прикинула старуха.

Двое стукнулись лбами, кинувшись к котелку.

– Что ж, – рассудила старуха, – десятеро – тоже сила. – Она глянула в сторону берега. – Вон у вас и струг есть, хоть невеликий. И пушку вы спасли.

– Ишь ты, – шепнул кто-то, – во тьме видит, как сова.

– А кто у вас, мо́лодцы, за старшо́го будет? – спросила старуха.

Оборванцы немного осмелели. Одноглазый коротышка объяснил:

– Атаман наш пулю в лоб получил. А кто будет верховодить, мы как раз решали.

И показал сначала на одного верзилу, потом на другого.

– Стало быть, вовремя я подошла, – рассудила старуха. – Незачем вам силой мериться. Привела я вам атамана, будете довольны. Ерофей Кондратьич, глянь-ка на свою ватагу.

И вышел к костру молодец, статный да крепкий. Очи у молодца смелые, плечи широкие, борода окладистая. Рубаха на нем кумачовая, кафтан синего сукна, шапка смушковая, с малиновым донцем.