Пасынки Луны. Часть 1 (Краденая магия - 6)

– А у меня-то нет! Так и говорю: несправедливо!

– Несправедливо, – со вздохом согласилась Каратова.

– Вот-вот!

– Я не пойму, ты так рвешься прыгнуть в постель царя Бориса? – почти зло прищурился я на мелкую.

– До постели, как я понимаю, там еще прыгать и прыгать! – веско заметила мне Юлька. – А вот на новогодний Императорский бал попасть я бы точно не отказалась! Думаю, там будет нереально круто! Ну а потом уж… А что, скажешь, из меня бы плохая императрица вышла?

– Ну да, шальная, – невесело хмыкнул я.

– На троне я бы остепенилась, – заявила сестренка.

– Борису VIII под шестьдесят! – напомнил я. – Он тебе разве что не в деды годится!

– Тем лучше! Рожу наследника – а там, глядишь, папик и в Пустоту сойдет! А я стану полноправной правительницей! Юлия Первая, Государыня Всероссийская! – мечтательно возвела она глаза к потолку. – Звучит?

– Звучит как голимая крамола, – буркнул я.

– Да ладно… – сморщила носик мелкая. – Тут же все свои!

– Считая духа-фамильяра, всученного нам III Отделением?

– Ой, – осеклась девочка.

– Я о нем забыла… Но разве он не должен быть верен тебе безраздельно? – осведомилась она тут же.

– Должен-то он должен… – хороший вопрос, кстати.

«Любезный Ди-Сы, полагаю, не нужно особо оговаривать, что все, услышанное или увиденное вами в качестве моего фамильяра, должно храниться в тайне от всех прочих?» – на всякий случай уточнил я у духа.

«Что нужно делать, а что нет – решать вам, сударь», – последовал ответ.

Ну, как ответ. Четко на тот вопрос, который я задал – так сказать, по букве, а не по духу.

Не о подобном ли заботливо предупреждал меня Петров-Боширов?

Что ж, примем к сведению пока не поздно.

«Добро… – на пару секунд я задумался, формулируя в уме максимально недвусмысленный приказ. – Ди-Сы, все, что вы услышите или увидите, а равно иным образом узнаете, будучи моим фамильяром, не подлежит разглашению – разве что я сам попрошу об ином!» – выдал затем.

«Как вам будет угодно, сударь», – невозмутимо обронил дух.

«То-то же! И… – в голову мне вдруг пришла еще одна мысль.

– И такой вопрос: помимо меня вы служите еще кому-нибудь? Ротмистру Петрову-Боширову, например? Или любому другому человеку?»

«Нет, сударь. Вы – мой единственный хозяин».

«Но… Но если бы это было не так, – продолжил допрос я, – и тот, другой господин, не велел бы рассказывать мне о нем – ваш ответ ведь был бы точно таким же?»

«Возможно, сударь. Сие зависит от великого множества обстоятельств, кои не берусь сходу учесть».