Трое в лодке, не считая эльфа с бутылкой

И потому приходилось всячески поддерживать жизнь в этом теле, дабы она случайно не соскользнула с того лезвия, на котором пробежалась.

Закончив со ставшими уже обыденными, делами, Ксох`Ар сел перед разгорающимся костром и обратил взгляд куда-то внутрь себя. В этом состоянии он пробыл вплоть до пробирающегося через сухие скрюченные ветки леса, вечера.

-Странное чувство – взгляд эльфа все еще был словно бы пуст, но теперь хотя бы имел осознанное направление. Эдакая прострация.

В этот же момент, видимо, приняв некое осознание, полубезумная улыбка очертила лицо эльфа.

-Неужели…

Ксох`Ар не имел возможности уснуть уже третьи сутки к ряду, и причиной его беспокойства была весьма весомой. Спустя почти десять лет эльф наконец-то смог нащупать направление дальнейшего развитие его стихийной магии. Он наконец-то смог прорваться через этот засор и идти дальше.

Невиданная эльфийской душе легкость наполнила его, и в то же время это желание двигаться разрывало его изнутри. Он более не мог сидеть в этом лесу без дела, но и бросить своего друга он не мог.

А и не имел представление, куда ему двигаться дальше. То задание, которое они брали изначально, более не имело никакой силы и актуальности. Приключения их дуэта давно вышли за рамки обычного путешествия. Теперь же мысль о разграблении хотя бы одного филиала культа напоминала маниакальное влечение. Ведь для каждого движения, каждого развития, нужно топливо. Нужна энергия. Нужны редкие компоненты и сокровища, способные возвысить магическую силу и понимание своей стихии каждого мага.

В какой-то момент Ксох`Ар более не мог сдерживать свои порывы. Каждый день они становились все сильнее, набирая амплитуду и ритм, забиваясь набатом в самые укромные уголки его головы. Ему казалось, что продержись он хоть еще один день, то просто бы сошел с ума.

Оставив Грейхару солидную, для всякого бедного крестьянина, сумму, и качественно перебинтовав все снова открывшиеся раны, эльф буквально бросился в бег.

Он не знал, где ему искать следы организации, но бредовая мысль вела его прямиком в особняк мера города. Маниакальные порывы эльфа окончили свое преображение в буквальную манию силы. И эта мания вела свою жертву в каком-то коматозном бреду.

Всякая живность, имевшая неудачу встречи с безумным магом огня, более не обладала статусом «живности».

Спустя почти полчаса бега, подкрепляемое заклинанием тело эльфа встретило городскую стену.