Вор и убийца

Если не считать мрачных физиономий, мои компаньоны вели себя абсолютно спокойно, и я решил не форсировать события.

Вероятно, арест спутников или близких родственников пострадавших от нечисти — в Загорье рядовое явление, требуется он для спокойной отправки выжившего в лапах дьявольской твари в это самое аббатство Маунт. Может быть, там просто клиника? Хотя вряд ли: Акан и Шрам восприняли сказанное инквизитором очень неспокойно. Нас арестовали, чтобы не сорвались и не помешали вывезти Фосса загород. Равнодушие же стражников легко объяснялось нашим положением.

Мы были временно задержанные, а не преступники, которых легко обобрать до нитки, и никто слова не скажет. Нас даже не обыскивали.

 — Следуйте за мной, — гораздо сноровистее, чем давешний лейтенант, вписав названные нами имена в документ, вислоусый тюремщик встал из-за стола и направился в коридор, заворачивающий вправо.

Мы молча направились за ним. Сразу за поворотом коридора, плотно облепленного факелами и массивными дубовыми дверьми с небольшими окошечками, тюремщик остановился.

— Это ваша, — сказал он и лязгнул замком двери одной из камер. Мы вошли внутрь. — Жрачка и вода будут в полдень. Для нужника подойдет вон то ведро. Кто-то из вас вынесет его днем, когда доставят еду. И учтите, у нас приличное заведение, не чета тому, что внизу, в подвале.

Хохотнув без видимой причины, капрал захлопнул дверь и снова загремел замком.

Камера имела размеры семь шагов в длину и три в ширину. Высоко, под самым потолком, виднелось узкое окошко с решеткой, из него в камеру падал тусклый серый свет раннего утра.

Было сухо. В четырех углах лежали кучки высушенной травы, что меня изрядно удивило. Ни сырости, ни прелости.

— Впрямь приличное заведение, — произнес я и устроился на соломе. Как же здорово растянуться! День был долгим, а трудная ночь — еще длиннее. Кучка приятно пахнущего сена казалась сейчас мягкой постелью.

В противоположном углу лег Джон. Я периодически поглядывал на него, памятуя о последней стычке, да и вообще… Но с момента, когда нашли потерявшего сознание Оливера, он не проявлял агрессии в мой адрес.

Сейчас Шрам уставился в потолок и задумчиво жевал соломинку.

Очень хотелось спать, однако в голове все время крутились мысли о Фоссе. Беспокойство за бывшего наемника не удивляло, ведь совместное предприятие, в котором ты или пан, или пропал, сближает.

— Что будет с Фоссом? — спросил я. — Церковник говорил о каком-то аббатстве.