Ветер гасит пламя

Судя по тому, что Эйдис всё-таки попала сразу, а второй раз я броском ножа тоже слегка зацепил – не больше чем на секунду вперёд. Плохо.

Ненадолго все умолкли, затем Хадльберг поскрёб щетину на подбородке и уточнил:

– Обойти его, думаете, не удастся?

– Выход из коридора один. – Ислуин помотал головой. – Подозреваю, это была стража. Плохо, что хоть кто-то уцелел. Но хорошо, что, похоже, всего один. У него в голове или что там от неё осталось наверняка засело «чужаков не впускать». Так что либо мы его, либо он нас.

Издалека послышались шаги. Все замерли в напряжении, но шаги начали отдаляться. Снова приблизились и снова затихли. Видимо, существо нападать первым опасалось – как бы не покалечили вконец, пока оно бежит долгое расстояние от поворота до чужаков.

– Значит так, – начал командовать магистр. – Меня когда-то с подобными созданиями учили драться. Единственный способ – загнать его в такую фехтовальную позицию, из которой всего один выход: сдвинуть клинок так, что неизбежно откроешься.

Секунда – это немало, но не так уж и много. Шансов на победу примерно четыре из пяти.

Остальные молча кивнули, соглашаясь. Коридор недостаточно широк, к тому же необученный напарник будет только мешать. А одна ошибка в рисунке фехтования – и всё придётся начинать заново. Ислуин достал лук и вручил Айлин.

– Как увидишь возможность – бей. Мне не помеха, а тварь отвлечёт. Дальше… – магистр посмотрел на Эйдис. – Ты будешь вторым рубежом обороны.

Я встречаю тварь у поворота. Если меня серьёзно ранят или я отступаю на две шторы назад к тому месту, где будешь стоять ты – атакуй немедленно.

Полугном тяжко вздохнул, Энгюс закусил губу. Прятаться за спину сестры и невесты им было как ножом по горлу, но заменить девушку они не могли в принципе.

– Ну что? Начали?

Ислуин обнажил Сынов битвы и, весело насвистывая незатейливый мотивчик, двинулся к изгибу коридора. Настроение было странное. На душе ни азарта, ни ярости, ни контролируемого боевого безумия.

Спокойная отрешённость пахаря, перед которым легло огромное поле и предстоит тяжёлая, но нужная работа. Рассказывая остальным про шансы на победу, он не врал. Умолчал лишь об одном. У него самого вероятность выйти из боя без серьёзного ранения – хорошо, если пятьдесят на пятьдесят. Вот если бы Эйдис имела достаточно боевого опыта, чтобы нападать в связке. Или Энгюс обладал бы способностями своей невесты.