Ветер гасит пламя

Брат и сестра с равнодушными лицами отцепили со спины лыжи и заплечные мешки – мол, командир приказал, мы выполнили. Но по враз распрямившимся спинам, по ожившему взору и безмятежной походке было понятно, насколько оба на спуске вымотались. И потому за работу по обустройству ночёвки взялись с удвоенным энтузиазмом. Хадльберг немедленно принялся ставить палатку, Эйдис сноровисто взялась за кашу. Специально для готовки с собой брали брикеты особой прессованной каменноугольной крошки, одного как раз хватало вскипятить пару котелков.

Ислуин же начал строить от ветра стену из ледяных и снежных кирпичей, а образовавшееся замкнутое пространство прикрыл ещё и магическим пологом.

***

На ночь согревать палатку зажгли тлеть ещё один брикет. Но оставлять огонь без присмотра было нельзя, да и спать без охраны неразумно. Ислуин выбрал самое тяжёлое дежурство, посередине ночи. И укладываясь спать, вроде бы ощущал себя не особо уставшим… Когда магистра растолкал Хадльберг и шепнул, что дальше его смена, Ислуин почувствовал себя превратившимся в желе.

Физическая нагрузка после длительного сидячего перерыва – придворной жизни и государственной деятельности – досуха выжала и его.

Чтобы отогнать сон, Ислуин выбрался из палатки. Морозный воздух сразу же вернул бодрость, но сильного холода внутри полога не чувствовалось. И пусть свежесть тела и разума сейчас были иллюзией, продолжением реакции на поход по горам и ночёвку в палатке, пусть под утро обязательно придётся заставить себя поспать… Сейчас на месте сидеть не хотелось.

Магистр сделал несколько шагов – чуть-чуть отойти от площадки с палаткой.

Стоило спуститься по склону на пять-шесть метров, выйти из радиуса действия полога, и ты будто оказался в совершенно ином мире. Еле слышно забасил ветер, принёс с собой ледяной мороз с перевала. Под подошвами негромко захрустел снег, немного снежной крупы тучи всё же перекинули через хребет. Небо накрывало долину высоким куполом, разукрашенным бисером из звёзд. Ислуин замер, растворяясь в невольном восторге: даже в степи такого неба не бывает, не говоря уж о лесе.

Словно вернувшись в детство, он принялся складывать звёзды в созвездия, и сравнивать, как меняется их рисунок на севере Рудных гор.

Вдруг одна из звёздочек замерцала и покатилась вниз. Настроение враз оказалось испорчено: увидеть падающую звезду среди эльфов считалось предвестником неприятностей, и от усвоенной в раннем детстве приметы не могли помочь ни долгая жизнь в Степи, ни диплом Академии.