Ветер гасит пламя

– И спасибо. Я уже согрелась.

Магистр посмотрел на брата с сестрой. Эйдис некоторое время молчала, будто что-то высчитывая и взвешивая. Наконец, хотя и неуверенно, она произнесла:

– Я тоже согласна. Если вы все так считаете.

– А со мной посоветоваться? – возмутился Хадльберг. – Все всё решили…

– Ты уже нарешал. С Яваном твоя была идея? – отрезал магистр. – Так что будем считать, что тоже согласен. Смотрю, железками не намахался? Вот и растрясёшь буйную дурную энергию.

***

Оба отряда расходились ранним утром.

И в самый последний момент Ислуин незаметно от остальных шепнул Энгюсу, что если они не вернутся через две недели, то пусть священник вместе с девушкой самостоятельно пробираются к гномам или в Империю.

Новый день принёс с собой мороз и прозрачное голубое небо. Облака за ночь опустошили свои кладовые снега и торопились уйти дальше к океану. Солнце играло отражениями радуги на ветках и сугробах. Ожили и птицы, и звери. Теперь, когда не надо было как в составе посольства скрывать свою сущность, чувствами эльфа и мага Жизни, магистр ощущал и как лиса крадётся по протоптанной мышами тропке, и как не поделили шишку два снегиря.

Лес всё равно казался мрачным, и куда тревожнее вчерашнего. Пусть опять причина крылась не в зимней тайге, а внутри путников – от этого было не легче.

Помимо беспокойства за судьбу Энгюса и Эйдис, хватало и других досадных мелочей. Сначала чуть не поругались Хадльберг и Айлин. Полугном на бывшую корддами смотрел подозрительно, готов был цепляться к любой мелочи – девушка отвечала ему тем же.

Затем возникла проблема с лыжами. К тому, что ходок по зимнему лесу из полугнома так себе, Ислуин уже привык. Но и Айлин двигалась на редкость неуклюже. Её, конечно, учили, но девушка пока не привыкла к новой пластике своего тела. Постоянно пробовала брать слишком высокий темп. В очередной раз выдохнувшись, она остановилась, опёрлась на лыжную палку, тяжело дыша вытерла пот со лба и жалобно произнесла:

– Словно я опять в школе, когда нас с грузом бегать заставляли.

– Привыкай. Мускулатура у тебя стала обычная, не мутировавшая.

Айлин вздохнула и двинулась дальше, всё так же неуклюже цепляясь лыжными палками за кусты, один раз даже упала. Пришлось её поднимать, и Хадльберга от шуточек удержал исключительно суровый взор магистра. Впрочем, Айлин всё поняла без слов и послала полугному злобный взгляд в ответ.

Первое время Ислуин и сам готов был взорваться от гнева, наорать на слишком медлительных спутников.