Ветер гасит пламя

Но под деревьями снег лежал почти везде, осевшими шапками и подтаявшими грудами. Пахло сыростью и межсезоньем. А ещё стояла тишина, и словно декорации высились тёмные стволы и голые ветки. Птицы и звери попрятались от непонятной погоды. От мерного покачивания тянуло в сон даже возниц…

Шестеро парней в лёгких кожаных доспехах, с копьями и бородатый мужик в подбитой мехом куртке выскочили на дорогу словно из ниоткуда. Один из парней тут же схватил лошадь первого фургона под уздцы и закричал:

– Тпру-у!

А начальствующий мужик с издёвкой в голосе спросил:

– Едем, значит, дальней и скрытной дорогой.

Лишь бы пошлину не плотить. А ничего, что вы пересекли границу провинции Эллистон?

Кто-то из актёров таким откровенным и наглым мздоимством возмутился:

– Мы по своей стране едем. Какие ещё пошлины? Кто вы такие вообще, варнаки?

Теперь в открытую ухмылялись уже все семеро:

– Ты смотри, получишь сейчас за оскорбление. Мы стража мормэра. А платить будете дорожную подать. На содержание дорог. Мормэр наш, да ниспошлёт ему Единый здоровья, хочет замостить все дороги в провинции.

И на это каждый, кто по ним ездит, обязан платить сбор.

Мастер Дермид вздохнул. Бродячих артистов норовили ограбить многие, и взятки в пути вещь не такая уж и редкая. Хотя так откровенно и по такому надуманному поводу трясти его труппу ещё не пытались. Впрочем, торговаться он всё равно собирался исключительно для проформы. С одной стороны, лишний шум им сейчас ни к чему, с другой… Судя по тому, как закаменело лицо сидевшей рядом Лейтис, наглецов она запомнила, и неприятности у них будут.

Дермид нацепил на лицо самое простецкое выражение, с подобающим возрасту кряхтением спрыгнул на землю. Потеребил рукав, опустил взгляд в землю и начал:

– Ну, значит…

В это время не вовремя выглянула одна из актрис по имени Сойка. Несмотря на то что ей только следующим летом должно было исполниться шестнадцать, смуглая акробатка мгновенно притягивала мужские взгляды. Стоявший за спиной командира молодой ещё парень-стражник с приметной бородавкой на носу немедленно оживился.

Сальным взглядом облапал девушку и громко сказал:

– Надо бы проверить, чего они там везут. И это, обыскать всех. Выдэруг чего запрещённова?

Дермид споткнулся на полуслове, так и не начав свою речь и похолодел. После заявления молодого стражника наступила нехорошая тишина, в которой из фургонов отчётливо звякнуло железо. Хуглары умели постоять за себя, и позволять лапать, а то и насиловать своих жён и сестёр не собирались.