Разбитые очаги #3

Репликаторов и автофабрик почти не осталось. Нет ресурсов, потому что потеряно Внешнее Кольцо.

Человечество нуждается в новых, прорывных типах вооружения. Если в ближайшие годы, а скорее даже месяцы не появится что-то, способное переломить ход Войны, Фейнабар обречен.

Эти страшные мысли прокручиваются в голове на автомате, как заевший видеоклип. Они не вызывают никаких эмоций. Жить на пороге смерти давно уже стало привычкой.

Я вливаюсь в людской поток и направляюсь к лифтам.

“Ислледователь-руководитель Акеладит Сезуп-Ладол, — неожиданно высветилось в мозгу, — С сегодняшнего дня вы переводитесь на другой проект.

Вам предписывается в течение двух часов завершить или передать текущие дела, после чего вы поступаете в распоряжение Четвертого Отдела. За дальнейшими подробностями обратитесь к руководителю — Экорию Кранатану Сувилу. Степень секретности — высшая”.

Высшая, так высшая. Экорий, так Экорий.

На очередном перекрестке я меняю привычный маршрут и сворачиваю влево. Мне нечего заканчивать и передавать по текущему проекту, там осталась лишь рутинная перепроверка расчетов.

Разберутся без меня.

Я шагаю в кабину и выбираю уровень.

Лифт несет меня в Четвертый Отдел.

Вспышка!

Страшная боль пронзает все тело, от кончиков ногтей на ногах до корней волос на затылке!

Боль отчего-то имеет цвет, и я точно знаю, что она густо-фиолетовая.

Я открываю глаза и кричу.

Надо мной бревенчатый потолок и встревоженное серое лицо на его фоне.

Что-то мягкое и горячее опускается мне на голову. Оно пахнет травами, а травы пахнут розовым и зеленым.

Боль отступает, я проваливаюсь в цветную темноту.

Графики не сходятся. Они должны сходиться, но не сходятся. Ничего не понимаю. Завтра экзамен. Я не физик, а дерьмо.

Я швыряю планшет в стену, и он разлетается на множество острых осколков. Некоторое время молча сижу, держась за голову и тяжело дыша. Потом иду к репликатору.

Глупая машина в очередной раз интересуется все ли в порядке с ее изделиями. Я игнорирую вопрос и вскоре уже сжимаю в руках очередную прозрачную пластинку.

Новый планшет прохладный на ощупь и чистый настолько, насколько вообще что бы то ни было может быть чистым. Мои пальцы оставляют на его девственной поверхности первые жирные отпечатки.

Не знаю, зачем я раз за разом мучаю технику, вместо того, чтобы просто заниматься в вирте. Наверное, затем же, зачем уехал учиться на другую планету.

А может, мне просто нравится все ломать.

Плевать! Завтра экзамен.

Я сажусь за стол и запускаю программу.