Разбитые очаги #3

Едва приземлившись, Сая широко взмахнула лапой, и сразу десяток воронов обернулись облачками тяжелого жирного дыма.

Впрочем, остальные успели взлететь. Руваш собрал вокруг себя какое-то просто немыслимое количество этих пернатых, так что “остальных” набралось десятки или даже сотни. Воздух наполнился перьями и истошным карканьем.

Я вскинул было Грозу, намереваясь проредить это облако черноты, но Тамсин остановил мою руку:

— Побереги снаряды.

— Кто это вообще? — я убрал оружие.

— Вороны. Когда-то ими были, — великан уже шагал к распростертому телу, продолжая объяснять на ходу: — Одна из развилок на Пути Силы.

Нахмэ собирает множество мелких духов, обычно одинаковых, а потом “дорабатывает” их, чтобы сделать сильнее. Этих провели через Ночь.

Я вновь покосился на закрывающее звезды черное облако над головой. Через Ночь. Скорее уж через Больной Кошмар.

Попросив Саю опустить меня на землю, я направился вслед за другом.

То, что осталось от Руваша, представляло собой жуткое зрелище. Изувеченный труп, лежащий в багровом от крови снегу, выглядел так, словно тело несколько раз протащили по гигантской кухонной терке.

От набедренной повязки осталась пара горелых лоскутков. Торс и плечи покрывали десятки мелких, но явно глубоких ран. Местами они сливались в извилистые прорехи с рваными краями, и тогда наружу зияли исклеванные внутренности.

Ног не было вовсе, их не то отрубили и прижгли, не то просто спалили дотла. Бедра чуть ниже паха оканчивались короткими тупыми обрубками, покрытыми запекшейся коркой.

Не смотря на мороз, сильно воняло жженой плотью.

Такая же участь постигла и руки двудушника, только верхним конечностям все же повезло чуть больше, если тут конечно вообще можно говорить о везении. Слева огонь сожрал мясо и кости по локоть, справа и вовсе затронул только кисть.

Но больше всего досталось голове.

От подбородка и выше кожа начисто отсутствовала. Не было ни глаз, ни ушей, ни носа с губами, даже скальпа на месте не оказалось. С окровавленного, изглоданного черепа свисало лишь несколько лоскутков мяса, а кости испещряли многочисленные царапины и следы клювов.

— Дерьмо, — выдохнул великан.

— Ты ожидал другого? Сам же сказал, что он мертв.

— Я мог ошибаться. Утрата контроля над духом необязательно означает смерть.

— Ясно. — Я ткнул пальцем наверх. — Это они его так?

Великан наконец отвернулся от изувеченного тела, после чего кивнул.

— За что?

— Издержки выбранного Пути. Порабощенные редко питают к поработителям теплые чувства.