Я не желаю нагибать!

— Там! — закричала Дар, бросаясь туда, где из-под воды шли пузыри.

Копье было у ящерки в лапе, уже готовое к бою. И она не преминула воспользоваться своим оружием: Дар вогнала острие в воду, туда, откуда перли пузыри.

Пузырей теперь стало больше, только они теперь шли с пеной и кровью. Дар выдернула копье, а уже через мгновение из-под воды всплыла тварь: дохлая, убитая одним метким ударом в глаз. Видимо, копье Дар дошло прямо до мозга монстра и разворотило его.

Монстр больше всего напоминал гигантскую змею, но с львиной головой.

Длиной тварюга была метров шесть, ее крупная башка была украшена гривой, но не волос, а каких-то нервных отростков. На роже у твари красовались огромные глаза, когда-то их было два, но один вытек, пораженный метким ударом Дар.

Еще имелись острые зубы и пятак — такой же, как у орков...

Никакого опыта за своей удар я не получил, и это меня расстроило. Видимо, Система решила, что одного удара, тем более не смертельного, маловато. А может быть я и правда качаюсь, только когда убиваю, а этого монстра укокошила Дар, а не я.

— Отличная работа, Дар, — похвалил я ящерку, — Ты как?

— Порядок. Только ногу вывихнула. Он меня за неё ссс-схватил... Я же говорила вам, хозяин — плохое место!

— Да, ты была права. Пора убираться отсюда. Давай выйдем уже из этого ручья. Ты ходить-то можешь?

— Попробую...

Ходить Дар могла, но хромала, ей теперь приходилось опираться на своё копье.

— Это ничего, хозяин. Все заживет. На ящерах всегда все заживает быссс-стро.

«Как на собаках». Так ведь говорят люди?

— Ага, так. Идем.

Мы успешно перешли ручей, выбрались на берег, прошли пару десятков метров, а потом я бросил свою заплечную котомку на траву и стал разбивать лагерь.

— Уйдем дальше, хозяин...

— Нет, и тут нормально, — не согласился я, — Тебе надо отдохнуть. Ты едва ходишь, а еще вся мокрая — и одежда, и твоя котомка. Это всё надо просушить.

Мои собственные вещи и одежда остались сухими, потому что в ручье я не купался, и даже штаны во время переправы закатал, а сапоги вообще снял.

Что касается Дар, то на ней сапог не было, ящеры в принципе не носили обуви. Ибо зачем носить обувь, когда у тебя на пятках крепкая чешуя.

— Давай, располагайся, — потребовал я, но ящерка застыла на месте, будто оцепенела, и глядела на меня.

— Или опять чуешь что-то плохое? — уточнил я, — Тогда, конечно, пойдем дальше.

— Да нет, — ответила Дар, — Ничего не чую плохого. Ничего живого.