Время Волков. Клятвопреступник

Нед ехал туда сам и вез своих дочерей.

Он будет жить в башне Десницы, где некогда жил пиромант, который сжег его отца. Жили ли Мирцелла с Томменом там, где убили Рейнис и Эйгона? Будет ли теперь призрак Элии навещать его во снах, как призраки Лианны и Эшары давным-давно?

Вдруг он понял, что не помнит имени того пироманта, Нед даже не был уверен, что когда-то знал это имя. Нед даже не знал, мертв ли он или сумел сбежать. Или же просто остался в гильдии алхимиков, будто ничего не случилось.

Нед сжал зубы и заставил себя не думать об этом.

Он здесь, чтобы служить Роберту и защищать его, а не искать мести.

Перед глазами тут же встало бледное лицо маленького Брана.

"Справедливость — это не месть, — сказал он себе, — тот пиромант лишь слуга, нож в безумной руке Эйриса. Ланнистеры — нет".

Улыбка Цареубийцы, сидящего на Железном троне, была хорошим напоминанием.

Той ночью ему снились Ланнистеры, стоявшие перед Робертом.

Роберт был в черных доспехах, знаменитом рогатом шлеме, вооруженный своим огромным молотом.

Напротив него стояли они. Посередине Джейме в сверкающих золотом доспехах, с золотым же, окропленным кровью мечом, справа от него Серсея в алом платье, расшитом золотыми львами, с изумрудом в золотой оправе на груди и кубком вина в руке, слева Тирион, уродливый, разноглазый и беловласый, в багровом одеянии, сжимающий в руке кинжал. И лорд Тайвин, могучая тень за их спинами. Глаза его светились зеленым пламенем, в котором Нед узнавал дикий огонь, а ростом он вдвое превосходил гиганта-Роберта.

Проснувшись еще до восхода солнца, Нед вышел с постоялого двора, где король решил остановиться, позвал с собой Джори и еще двух гвардейцев, взял турнирные мечи, ушел в ближайший перелесок и четыре часа фехтовал. Под конец он едва мог удержать меч. Все четверо вернулись к постоялому двору с множеством синяков.

Одновременно с ним пришел и Джон Сноу, с мокрыми волосами и в чистой одежде, в то время как Нед был взмокшим от пота. Джон нес деревянное ведро, доверху заполненное рыбой, все еще трепыхающейся.

— В полумиле к западу речка, — восхищенно заговорил Джон, — там рыбы больше, чем я видел за всю жизнь.

Ведро он вручил хозяйской дочке — ей было лет десять, девочка едва доставала Джону до плеча. Она смотрела на него подозрительно.

— Ты забыл сеть, — обвинила она.

— Я ее и не брал, — отвечал Джон, — руками ловить интереснее.

Девочка едва подняла ведро двумя руками и, стукая по нему коленками, потащила в дом. От Джона, попытавшегося помочь, она отмахнулась.