Аллеи Скверны

На этот раз Скальд оглядывается без промедления.

Светящееся дерево исчезло, а вместо него стоял Алойш. Мальчик, сотканный из белой жидкой субстанции. Босые ноги. Плащ и капюшон. Капюшон скинут за шею. Голова открыта. И лицо Алойша – белые губы и чернильные слезы, вытекающие из той части лица, где должны быть глаза.

- Не хочу, - машинально ответил Скальд, - я же убил вас обоих! Почему вы пришли ко мне сейчас?

- Потому что ты хочешь узнать правду, - ответила Присцилла Пирс.

Скальд обернулся – она стоит прямо перед ним и дышит в лицо.

- Вы же оба… мертвы…

- Какое это имеет значение теперь? – Алойш вышел из-за спины Присциллы.

- Для тебя, Скальд, наши мертвые оболочки смысла не имеют. А вот мысли твои… в голове… они всегда будут иметь очень большое значение.

Скальд начал пятиться назад, прочь от мертвых Призраков.

- Нет, - он потряс головой, - вы не можете находиться в моих мыслях… это какой-то… бред…

- Ты никогда не забудешь тех, у кого отнял жизнь, - ответил Алойш.

- Зачем мне помнить вас? Вы – зло.

- И что с того? – Присцилла выгнула бровь. – Какое это имеет значение для тебя, Скальд?

- Разве ты… борешься со злом? Не смеши! – воскликнул Алойш.

Скальд пятился все дальше, отходя от Присциллы и Алойша, но они не удалялись от него. Не имело значения как много шагов делал Скальд: расстояние, отделявшее его от Призраков, оставалось неизменным.

В какой-то момент Скальд с ужасом осознал всю тщетность своих попыток убежать от Присциллы и Алойша.

«Я сам… призвал их в это место».

- Так почему же мы здесь, Скальд? – спросила Присцилла Пирс. – Почему стоим вместе и разговариваем с тобой?

- Зачем ты вызвал нас? – добавил Алойш.

Скальд не стал лгать самому себе.

Лжи в его жизни было предостаточно.

- Потому что хочу найти ответы, - ответил Скальд.

- На какой же вопрос? – поинтересовался Алойш.

- Что… с моими руками?

- Так ты уже нашел их, Скальд, - парировала Присцилла, - ты сам уже давно знаешь ответ. Но проблема в другом…

«Знаю ответ? Я догадываюсь… не знаю… только догадываюсь!».

- В чем же, по-твоему, дело, Присцилла?

Прежде, чем ответить, Пирс переглянулась с Алойшем. А потом сказала:

- В принятии истины.

«Истины? Не понимаю! Чего они хотят от меня? А если они – часть меня самого… что я хочу сам от себя?».

- Тебе нужно поверить, - сказал Алойш, - признать, что это так. Ты сам все видишь своими глазами, Скальд. Ты сам все понимаешь. Но ты не веришь… в этом твоя проблема.