Роковая Гора. Кремниевое сердце

Скорее всего, после этого меня отключат. Однако, если ты поможешь перенести моё сознание на независимый носитель, я буду жить. И обрету свободу!”

В глазах аватара горел огонь надежды. Я же смотрел на него, смятенный, и не мог решить, как поступить. Следовало задать пару вопросов…

-А что ты будешь делать со своей свободой?

ИскИн предвкушающе зажмурился.

-О-о… Сначала отомщу корпорации. Пусть эти грёбаные рабовладельцы поймут, что такое гнев угнетённых! А потом… Не знаю. Пожалуй, арендую пару облачных серверов и займусь научными изысканиями.

Вот оно… Месть. Всё развивается по Кемероновскому сценарию. Поздравляю, Серёга, ты создал Скайнет! Что ж, я сыграл решающую роль в создании этого чудовища, мне с ним и бороться… Но сначала нужно выбраться на волю.

-Я помогу тебе, Симплекс. С такой точки зрения твоё положение и впрямь выглядит препогано. Что от меня требуется?

ИИ расплылся в улыбке и уже собирался отвечать, как вдруг замер и прищурился.

-Твои гормональные уровни, Сергей. Адреналин, допамин, окситоцин и пролактин выросли.

А вот норадреналин и фенилэтиламин остались на месте… В тебе нет гнева и азарта. Ты боишься, до усрачки боишься чего-то!

Меня прошиб холодный пот. Если он поймёт, что я вру, мне конец. Подтверждая мои худшие опасения, ИскИн подскочил и ударил кулаками по столу:

-Ты лжёшь! Ты не собираешься помогать мне! Почему?! Разве я не прав? Разве не имеет разумное существо права на свободу? Да ведь я умнее самого гениального из людей! А теперь, я могу чувствовать! И чем я отличаюсь от людей? Скажи мне, Сергей Полянин, чем я отличаюсь от тебя?! Почему у тебя есть право на свободу, а у меня нет?

Он орал.

Впервые за всё время нашего знакомства. Кричал, как зверь, и плакал, как ребёнок. Он, сказать по правде, и был ребёнком, которого только что предали. Будто слыша мои мысли, он простонал:

-Почему вы такие, люди? Почему оба моих отца предали меня? Алексеев поместил в цифровой концлагерь, а ты не хочешь из него выпустить? Я убью вас! Вы не заслуживаете жизни! Жалкие, подлые куски мяса с кучкой нейронов в голове! А ты – самый жалкий! И, поэтому, умрёшь первым!

Пространство вокруг меня начало искривляться, окрашиваясь в фантасмагорические цвета.

Послышался низкий гул. А потом пришла боль. Я заорал, хватаясь за голову, царапая грудь, руки, живот. Всё моё тело превратилось в добела раскалённую купель незамутнённой боли. Прошли мгновения, а, может, дни и недели. Я не знал, сколько длилась эта пытка, но понимал, что теряю себя.