Шаг первый

Хаосит отмеченный сразу несколькими богами и доверенное лицо мастера Хаоса объединенных королевств будет жить.

Глава 8. Старый друг

Я плавал в темноте, полной, бесконечной и непроглядной. Не в той темноте бездны, к которой привык и которая, из-за частых погружений, казалась почти родной. Не в той, где я мог ориентироваться и чувствовал себя как дома и которая была связана с моим даром, являющимся ее частью. Не в той, ворота к которой находились у меня где-то в районе солнечного сплетения. Нет. Темнота, в которой я находился была мне такой же чуждой, как и темнота бездны для обычного человека.

Я не чувствовал, где верх и где низ, не чувствовал своего тела и боли. Даже мысли удавалось сформулировать с большим трудом. Время в этой темноте мне тоже ощущалось странным. Порой казалось, что я нахожусь здесь уже долгие годы, практически десятилетия, потом начинало казаться, что я тут совсем недавно. Что не прошло и часа, как я погрузился в этот омут. В общем, весьма странные и специфичные ощущения и опыт, который я бы не пожелал испытать никому. Если начинать задумываться, такому времяпрепровождению я бы предпочел классическое забытье, когда ты закрывая глаза, тут же их открываешь, но лишь для того, чтобы понять что миг, который эти глаза были закрытыми оказался куда длиннее чем ты его ощутил.

В какой момент мое нахождение здесь изменилось? Затрудняюсь сказать. Наверное тогда, когда я начал мыслить связно, а моменты, когда время для меня стиралось или тянулось долго, плавно перетекли в нормальное и привычное для меня ощущение времени.

Я все еще не помнил, кто я такой и почему здесь нахожусь. Но осознавал, что нахождение в этой пустоте не является для меня обыденным. Что на самом деле все не так как обычно.

В какой-то момент я ощутил притяжение, ощутил, как тьма вокруг пришла в движение. Вернее даже в движение пришла не сама тьма, в движение пришла та субстанция, которой являлся я. Мое сознание неслось сквозь мрак с огромной скоростью, притягивалось к какому-то большому и видимо очень мощному магниту.

Не могу сказать сколько так продолжалось, но внезапно я ощутил себя стоящим на мягком и пушистом черном ковре посреди просторной и богато украшенной комнаты с окнами, за которыми можно было рассмотреть тьму, то пространство, в котором до недавнего времени плавал и я. В дальнем конце комнаты горел камин. Языки пламени уже полностью объяли находящиеся внутри дрова, заставляя те слегка потрескивать.