Наследник проклятого дара

Но я ещё не очень хорошо восстановился, а ещё мне сейчас очень сильно не хватает Юры. Вот бы он сейчас это увидел.

На меня снова находит грусть. Я хоть и улыбаюсь им, но они будто чувствуют моё настоящее состояние.

Николай, который привёл меня сюда, начинает всех разгонять по делам, назначив сбор на завтра и отводит меня обратно в свою хату.

Я молча ложусь обратно и решаю поспать. Хоть сколько-нибудь. И сплю до самого утра следующего дня.

Хозяева хаты сразу же замечают моё пробуждение. Не успеваю я и слово сказать, как они подходят ко мне и сгибаются в низком поклоне.

— Вы чего это? — я выпучиваю на них глаза и приподнимаюсь с койки.

— Да мы же не знали, что вы, Ваше Сиятельство, и правда самый настоящий потомок великих Зубовых! — Любава будто оправдывается, — не гоже так с такими людьми обращаться! Надо было вам лучшую постель постелить и похлёбку сделать самую вкусную! Простите нас, ваше сиятельство! Не гневайтесь!

— Перестаньте, пожалуйста! — призываю их успокоиться, — Не нужно мне всего этого.

Давайте лучше на ты? — я широко улыбаюсь этим прекрасным людям.

У Николая женой челюсти почти падают на пол от моего заявления.

— Но как же так? Не положено ведь, — приговаривает Любава, а Николай, в унисон жене, кивает головой.

— Теперь, так положено, — уверено заявляю им, — вы ведь мне жизнь спасли. Вам, точно можно, — я подхожу к Любаве и протягиваю ей руку, — Я Юрий.

— Любава, — она пожимает мне руку с уважением в глазах.

Ну вот и познакомились.

— Можете рассказать, что здесь к чему? Я первый раз в жизни приехал в своё поместье, на свою родную землю.

— Конечно, конечно! — Любава судорожно вытирает со стола и жестом приглашает меня присесть, — Николай, расскажи Его Сиятельству всё, что он желает знать, а я пока быстро приготовлю что-нибудь.

— Ну, Юрий Платонович, с чего начать то...

— Что первое на ум приходит, с того и начните, — подбадриваю мужика.

— Ну, от нашего маленького городка, мало что осталось, — Николай начинает свой рассказ, — раньше всё процветало.

Я помню те времена. Тогда Зубовы хорошо о людях заботились. Еды было навалом, это точно. Людей тоже было много! Несколько тысяч, когда крепость была цела. Сейчас от неё остались только стены, — с грустью в голосе говорит викинг, — много кто уехал, когда нами стали править Мещерские. А много кто просто погиб, из-за набегов тварей.

— А давно здесь Мещерские правят? — вежливо перебиваю его.

— Ну, после смерти вашего отца пришли.