Транспортное кольцо

Кто там из Тайного приказа? Выходи, твое слово!В центр арены, образованной оцеплением, молча выдвинулся человек невзрачной внешности, и в нем Книжник, пусть и не без труда, угадал своего знакомого дознавателя — опричника, который допрашивал его в казематах Тайного приказа. Семинарист снова поймал себя на мысли, что это порода у них такая, особенная — все на одно лицо, ни из толпы выделить, ни запомнить. Опричник неторопливо направился в сторону обвиняемого. Книжник невольно попятился, его придержали за плечи крепкие руки стражников.

Дойдя до ступеней, ведущих к княжеской «ложе», опричник развернулся, словно обращаясь к толпе. Так и положено, раз решение отдано на Вече. Но было ясно: свои слова чиновник обращает в большей степени к князю и боярам, державшимся ближе к Грановитой палате.- Ну, что тут скажешь? Изменник — он изменник и есть, — заговорил опричник. Поднял над головой сверток берестяных грамот, туго перетянутых бечевой с сургучной печатью. — Вот здесь у меня — протоколы допросов. Подсудимый лжет, сбивает с толку следствие. А все почему? Потому что спутался с чужаками. Все знают — у Кремля друзей нет, есть лишь враги. И таких врагов он привел, да и поселил рядом с нами...- Это не твоего ума дело, — жесткий голос князя оборвал опричника, заставив того нервно сжаться. — Решение по вестам принимала Боярская Дума. Мы же говорим об измене и изменнике.- Давай по существу обвинения! — косясь на князя, крикнул дьяк Судебного приказа. - Хорошо, — к опричнику вернулась прежняя невозмутимость. — В этих документах достоверно доказано, что именно с подачи обвиняемого в самое опасное для Кремля время была отослана за Садовое Кольцо большая часть дружины. Обвиняемый явно знал о готовящемся нападении нео!- Но экспедиция вернулась с добычей! — возмущенно крикнул Книжник.- А ну, тихо! — гаркнул дьяк. — Тебе еще будет дано слово. Обвинение, продолжай!- Добыча добычей, — мрачно усмехнулся опричник. — Но какой с нее толк, если бы нео ворвались в Кремль? А я скажу: дружина привезла бы добычу победившим мутам!По толпе разнесся возмущенный гул. Ужас недавнего сражения все еще не отпускал людей. Давно уже Кремль не стоял так близко от гибели, все понимали и чувствовали это.Книжник сжал кулаки, от обиды на глазах проступили слезы. Ему было, что сказать, но он понимал: нужно держаться в рамках судебного порядка.