Повесть утраченных лет. Часть первая.

Со временем он стал уводить свиней и куриц с заднего двора, тем самым пытаясь поддерживать этот огонь. Манотар очень боялся, что работяги уйдут со здешних полей, и он останется наедине с назойливо любящей матерью, и строгим отцом, готовящим его не то к роли Виграна.

Через время Манотар и вовсе влюбился в местную девушку. Я о ней практически ничего не знал – Манотар не рассказывал мне о ней, но немного рассказал матери. Впрочем, я всё равно ничего про неё помню. В моей памяти отложилось только то, что за несколько лет до встречи с моим сыном её родители погибли от Большого голода, прокатившемся по всей территории Саятинагары.

Я был против союза моего сына со столь низшим народным слоем, что, возможно, грубо с моей стороны. Да и не ждал я от Монатара внуков - мне лишь хотелось, чтобы он посвятил всю свою жизнь сражениям. Он должен был стать легендарным воином, о котором бы через тысячи лет слагали легенды. Точнее, я всегда видел в нем этого воина. А Манотар всю жизнь был убеждённым пацифистом, и меч находился в его руках лишь по моей прихоти. Частые ссоры заставляли его бежать к своей любви.

И вот через несколько лет к нам домой пришёл личный отряд Самьяриши с указаниями отправить Монатара в ссылку. Возможно, причиной тому и послужила связь моего сына с этой полевой женщиной. А может, причина была другой – наверняка об этом мне не известно. Что удивительно, арестом занимался личный отряд Самьяриши, хотя подобного рода задания относились к работе иного отряда, не столь верховного.

Затушив все свечи в доме, я улегся в кровать и сразу проверил кинжал под подушкой – меня это успокаивало.

Под кроватью я ещё держал арбалет – на всякий случай.

Заснул я очень быстро, и сон этот длился бы долго, если бы тихий скрежет дверного замка. Я моментально открыл глаза и аккуратно сполз на пол. Покрепче схватившись за арбалет, я направил его в сторону двери. Плечо всё ещё ныло после «переговоров» в Мандире, но сейчас я практически этого не замечал. Чёртов Паригата, подумал я, неужто его личный отряд пришел за мной.

Страх нещадно колотил мою душу. Я посматривал то на дверь, то на окно позади меня. Звуки природы внезапно стихли. Тишина разжигала во мне жгучее чувство нетерпимости, будоражущее всё тело. Некто выбил дверь. Возникшая в окне мужская тень упала на кровать. Я резво перевернулся на спину и выстрелил. Стрела пробила стекло, осыпав меня осколками. Резкий крик по ту сторону дома. Что-то грузное упало наземь. Один покойник уже есть.