Кодекс Крови. Книга IХ

Мы с сестрой извинения приняли, тем более что план дальнейшей дискредитации Ивана Григорьевича уже был создан, а потому продолжать конфронтацию не имело смысла.

С будущим тестем я встретился, когда забирал с выписки кровников, подлеченных за счёт государства. Сам же Борис Сергеевич, увы, на мальчишник не собирался.

— Михаил Юрьевич, я, к сожалению, не располагаю таким количеством свободного времени. Тут с трудом удалось выбить день на само торжество, — развёл он руками, как бы извиняясь.

— Вы уж смотрите, отмечайте так, чтобы моя помощь не понадобилась.

— Этого обещать не могу, — честно признался я. — Но, думаю, барышням будет сложнее, ведь баронесса Белухина будет на девичнике.

— Там Света справится, — рассмеялся Подорожников.

— Так и у нас Слава будет, — подмигнул я императорскому лекарю, намекая, что мы тоже без поддержки лекарей не останемся.

— Этого-то я и боюсь, — покачал Подорожников головой, — этот гуляет по-гусарски.

— Да и мы не лыком шиты.

Я уже собрался было уходить, когда будущий тесть остановил меня одной фразой:

— И передайте Свете мою похвалу. Сработала грубо.

Я выдержал недоумённою паузу, будто совсем не понимал, о чём речь.

— Да бросьте, — отмахнулся Подорожников. — Вы думали, я почерк силы родной дочери не узнаю? Если бы не она, то одни трупы с того пожара привезли бы.

— Тогда не понял смысла похвалы, — честно признался я, перестав ломать комедию.

— В её случае грубая, но эффективная работа — это самая настоящая похвала.

Раньше она бы зациклилась на спасении кого-то одного с очень сложным случаем из-за психологического клина. А здесь она смогла в одиночку ранжировать жертв по степени тяжести и хоть и грубо, но подлатать всех. Более того, самым безнадёжным она практически дала умереть, пока не появились маги смерти и жизни, и лишь потом взялась за них всерьёз, с чувством, толком и расстановкой. — Подорожников задумчиво смотрел сквозь меня. — Похоже, вы были всё же правы, когда отправили её учиться. Это пошло ей на пользу. Ну или постоянная практика массовых излечений, которая ей обеспечена рядом с вами.

Поняв, к чему клонит лекарь, я ответил:

— Я не потяну Свету в самое пекло за собой. Но и избавить её от обилия практики, увы, не смогу.

— Надеюсь на ваше благоразумие, — кивнул мне Борис Сергеевич и углубился в чтение документов, ворохом разбросанных на его столе.