Барон из МЧС - 2

- Из плена-то как сбежали, господин сержант? - поинтересовался Астроном.

- А я не был в нём. Что раньше было, того не ведаю. Но очнулся на дороге во время покушения на одного генерала. Стрельба, харки бегают, джипы горят. А я, словно младенец, смотрю на мир большими глазами. Потом меня долго обследовали, и СБ крутило. Но ведь пристроили к делу?

- Странно… - задумчиво протянул Морячок. - Если минус Дар, то откуда тогда серп кроу взялся? Его и с нормальным Даром фиг приручишь.

- А что ты знаешь о минус Даре?

- Ничего.

- Вот и имперские умники тоже, оказывается, ничего не знают. Говорят, что я для магии непрошибаемый, но на самом деле всё намного сложнее. Некоторые её проявления затрагивают меня. И в Воронке перемещался, и серп вот за своего признал, когда я у свежеугробленного кровопийцы одолжил его посмотреть. Оборотни от меня шугаются, свой истинный облик проявляя. Короче, наверчено многое, но никто в подобном разобраться не может.

- Странно, что не законопатили в лаборатории, - произнёс Пушкин, почесав всю кучерявую шевелюру.

- Надо мной иные опыты ставят. И теперь вы получаетесь частью их. Нужно докладывать о вашем Братстве, покуда ещё живы.

- О нашем Даре Братства, - поправил меня Борзый. - Вы в нём тоже были. Единственное, чего не могу понять - почему мы превратились в ваших марионеток. Я сам умом понимал, что не хочу выполнять идиотские приказы, но с радостью это делал.

- А у вас без меня по-другому?

- Да. Каждый - самостоятельная личность. Главный лишь координирует действия, представляя в голове картинку боя.

- Подробнее о своих возможностях, - приказал я. - Это сейчас очень важно!

- Ну, про ментальный удар и ёжику понятно, - начал объяснять Морячок. - Когда его надо нанести, то вся энергия, блуждающая между нами, жахает, как гоблинская ментальная пушка по тому объекту, на который укажу я.

Потом где-то тридцать секунд откат на восстановление и снова готовы плавить мозги. Даже гоблинов прошибаем! Прикинь! Можно это делать и мягонько, как с нашими командирами. Я им как бы на ушко шепчу, а они часть сказанного за свои рассуждения принимают.

С перемещением всё тяжелее даётся. Метров пятьдесят легко переносим, а вот на больших расстояниях выматываемся сильно. И с пробитием барьера между Реальностями так же. Тут восстанавливаемся минут пять.