Сид: Господство

Осознав окончание боя, я выпрямился и протяжно выдохнул. Запыхаться я не мог по определению, но моральное напряжение как-то выпустить надо было. Сложная драка. Нужно будет подумать о мерах противодействия множественным противникам. Особенно, если они неуязвимы для ядов и кислот. Как показывает практика, мои нынешние способности неэффективны против большого количества врагов. Ладно, об этом подумаю позже. Я огляделся. Какие-то твари вокруг еще шевелились, медленно регенерируя, но сражаться они были не в состоянии.

Те, кто умер, уже точно угрозы не представляли. Живых коттов в округе не было. Просканировав окружение на наличие новых врагов, я убедился в своей относительной безопасности и принялся исследовать себя на предмет повреждений. Несмотря на мой сильный регенеративный фактор, я еще не восстановился от полученных повреждений. Нет, раны от слабых тварей заросли, как и полагается, за считанные мгновения. Циклоп же… явно был на другом уровне. Удар ногой в корпус не нанес много урона, но нанес его в принципе. Рана только-только начала зарастать, да и то как-то медленно, неохотно что ли. Оплавленные от смертоносного луча левая рука и левый бок даже не показывали признаков начала восстановительных процессов. Я нахмурился сразу всей мордой. Это… беспокоит.

Ладно, ранения не критические. Пока оставим все, как есть. Хочу понять, насколько длительным будет процесс восстановления от подобного типа урона. А сейчас, нужно исполнить первый пункт намеченного плана. Пройдя в оставшиеся без охраны ворота, я, покрутив головой, нашел сторожку службы безопасности.

Проникнуть в нее было несложно: дверь уже была выбита. Внутри в хаотическом беспорядке были разбросаны расчлененные тела офицеров службы безопасности. Чьи-то внутренности свисали со светильника под потолком, кто-то оставил свой след в истории, оставшись окровавленным пятном на стене… Вдоволь насладившись зрелищем, я хмыкнул и, найдя глазами нужный шкафчик. Как ни странно, он был на самом видном месте.

Толстая дверь, наподобие сейфовой, быстро поддалась моим вежливым уговорам, после чего отлетела смятая в угол помещения.

Несколько секунд я рассматривал содержимое. Различные кнопки, тумблеры, рычажки… и самый большой, черный рычаг прямо посередине. Выдав радостное «О!», я осторожно взялся за рычаг, чтобы его ненароком не сломать, и опустил его в крайнее нижнее положение. Давно уже ставшую привычной корабельную сирену, вопившую все это время, перекрыла еще более громкая и пронзительная.