Зной

Через миг, когда он одним движением обнажил меч и ударом клинка сбил летевшую в глаза помеху, обстановка решительно сменилась. Девушка каким-то чудом уже освободилась от ремней, сбросила тяжёлую, выше себя ростом, переноску и стремительной лёгкой тенью набегала-скатывалась по осыпи на копейщика. А его напарник с булавой, валялся на камнях и сучил ногами, стискивая руки на железном шипе, что вырос между его ключиц, и захлёбываясь кровью.

— Сука, — не веря своим глазам, прошептал потрясённый мечник и в голос заорал, предупреждая уцелевшего напарника.

— Шипастая Сука!

Мужчина бросился на помощь копейщику, не рискуя в своих тряпках так скользить на заднице по острым камням, как их жертва. И не успел, девушка всё рассчитала верно. За миг до столкновения с противником она вонзила каблуки крепких сапог в осыпь, чуть замедляя свой спуск и становясь на ноги.

Острия копий сплелись в змеином танце, метнулись к врагу в поисках крови; столкнулись, скользнули друг по другу древки, а затем набегающая девушка буквально снесла противника с ног.

Вниз по камням покатились два тела, видны были только взлетающие руки и сапоги. Но поднялась одна девушка. Встряхнулась, словно мад, от капель крови и пыли, досадливо провела рукой по вспоротому на плече доспеху и в два шага оказалась у поверженного противника. Её копьё попало ему точно в горло, почти отделив голову силой удара. Миг и девушка снова уверенно сжимает оружие, насмешливо сверкая синью глаз.

Последний уцелевший разбойник замедлил свой спуск, а затем и вовсе остановился.

Вряд ли его радовало остаться одному с мечом против копья. Оставалось сделать лишь десять шагов, но он всё равно опоздал на помощь, зато оказался вплотную к недавней жертве, от которой, как выяснилось, нужно держаться подальше.

— Я почуял неладное, как только увидел твою бронь, — выдавил бородач, оглядывая девушку, мёртвых товарищей и разрубленную тростниковую шляпу с ножами, спрятанными среди стеблей. — Но решил, что ты богатый новичок.

— Пусть ты и узнал меня, только не нужно бежать, — голос синеглазой был полон презрения.

— Ты ж мужик! Ваши головы тоже стоят дороже, чем та требуха, что я тащила всё утро.

Девушка вдруг нагнулась за чужим копьём. Мгновение и она запустила его в последнего врага, чудовищным прыжком срываясь с места вслед за ним. Даже неверные камни под ногами не смогли помешать ей, разлетевшись брызгами в стороны, но дав опору для толчка. Разбойник извернулся на месте, сбивая мечом летевшее в него копьё.