Первый среди равных. Книга II

Лось напружинил мышцы, готовясь к прыжку, вот только внезапный спазм скрутил все его мышцы заставив упасть на пол и лишь тихо скулить от неимоверной боли, пуская слюни.

Молча, без единого звука, неизвестный человек, сильно сжал двумя пальцами его скулы, открывая рот и вложил туда таблетку. Захлопнул рот и слегка стукнул по гортани, заставив его глотнуть.

К боли в мышцах прибавилась дикая боль в животе и Лось провалился в спасительное забытье…

Глава 8

На атласной подушечке лежала металлическая пряжка, покрытая затейливым орнаментом.

Такие массово использовали в моей армии и я даже представить не мог, что что-то подобное увижу спустя такую прорву веков. Вот только радость моя оказалась очень короткой.

Артефакт был дико изувечен внешним вмешательством. За подобную «работу», Бернхард, без колебаний, снёс бы голову нерадивому артефактору. Большинство узловых точек были дико перекручены. Древний артефактор, именем которого так гордились члены рода Воронцовых, почти смог убить творение моих мастеров.

Идею хуже, чем замкнуть на общий контур накопителя все уцелевшие узлы, даже придумать было сложно. Того, кто восстанавливал пряжку, оправдать можно было только полным отсутствием знаний о фундаментальных принципах работы подобных артефактов. По сути, ничего удивительного в этом не было — люди просто не представляли, что магические вещи способны накапливать в себе сам Эфир.

— Беру, — с трудом сдержав волнение в голосе, произнёс я.

— Сколько вы говорите эта вещь может накапливать в себе базовых сфер, Александр Викторович?

— До пяти, ваша светлость, — гордо ответил граф, а я едва сдержал рвущиеся из глубины души ругательства. Всего пять сфер! Пять базовых сфер, которые даже учитывать в моей прежней жизни никто не стал бы! Это же как надо было постараться, чтобы так испортить отличную вещь? И сколько мне понадобится сил, чтобы привести её в порядок? — И доподлинно известно, что артефакт может надёжно удерживать энергию всех стихийных аспектов.

Возможно, это именно то, что вы искали, Ярослав Константинович?

— Возможно, — тяжело вздохнул я. Изобразить равнодушие удалось, но недостаточно хорошо.

— Если вас смущает цена, то моё предложение о кредитной линии всё ещё в силе, ваша светлость, — по-своему истолковав моё состояние, сообщил граф.

— В этом нет необходимости, ваша светлость, — улыбнулся я. — Хорошие вещи всегда стоят своих денег.