Варленд в огне

Что за диво? По всему кладбищу то тут, то там вдруг зажглись парные зелёные огоньки… То смотрели мёртвые!

Что ещё больше поразило орка, они вдруг начали подхватывать оружие и довольно осмысленно оглядываться, словно, не понимая где они, но чётко осознавая Цель, ради которой их подняли.

«Врага ищут», – осознал зелёный предводитель.

Под ноги вдруг прилетело тело огромного туролюда с дрыгающимися ногами. Грок посмотрел на холм, откуда оно скатилось и открыл рот от удивления. С холма сходили десятки здоровых орков.

– Ох и шумно здесь, – донеслось от одного из рослых орков.

И Грок припомнил из отдалённого детства этот зыбкий образ. Перед ним был Первый Кулак. Морда в шрамах широких, бровь сожжена, не растёт и часть лба огнём целована.

– А скажи, малец обнажённый, с кем мы воюем? – спросил он.

– Так с ордой хищной, – выдавил из себя воевода, что был на две головы ниже ростом и порядком уже в плечах.

Кулак и в посмертии был огромным.

«Я перед ним – мелочь пузатая».

– Хищной, говоришь? Мне это нравится, – усмехнулся Первый Кулак и поднял руку, сжимая большие толстые пальцы без всякого оружия. – Слышали, сыны мои? Враг нам достойный на дороге попался. Вдоволь поохотимся!

Кулаки с воем побежали вниз по холму. Прародитель с первого же удара в лоб сбил с копыт очередного туролюда, довольно заявив:

– Крепкий лоб! Вот это по мне! А ну ещё одного дайте!

– Сейчас нагоним, пока не разбежался, батя, – донеслось от одного из павших Кулаков и смех раздался над холмом басовитый.

Кулаки бились с радостью. То слышно в репликах. Словно жили, а не существовали, они только в момент сражений. Подалась орда назад под их ударами, быстро лишившись рогатых лидеров.

Подтянулись с кладбища люди и орки, принося факела и достаточный свет на поле боя.

– Выходит, они твою одежду забрали? – послышалось сбоку насмешливо.

Грок повернулся и сразу признал старшего брата Лютню с оттянутым правым ухом. То отец оттянул. Да всё напрасно. Когда Лютня играл, его слушал весь клан, да каждый гость у костра отмечал дар богов в его пальцах. Оттого и стрелял каждый орк в отряде метко, да бился на топорах люто. Сам же Лютня в любом оружии был мастак, как и подобает самому опытному из братьев.

– Брат? – не поверил своим глазам Грок.

Разумом понимал, но так, «вживую» – с трудом.