Варленд в огне

Но с большой буквы, – добавил Старейшина с улыбкой.

Ободок защёлкнулся и впился в кожу, стал душить. Андрен приготовился содрать его, используя меч, но Грок рявкнул:

– Терпи! Многое терпел, это стерпишь точно. Этот амулет носил мой отец. Глядя на него, каждый признавал Вождя. То и тебе грозит.

Андрен посинел лицом, ощущая, что вот-вот упадёт, потянулся к ножнам из последних сил. Но тут Девона взяла под руку.

– Терпи, супруг. Ты мой избранник. Мой муж точно стерпит подобную мелочь, как шалости амулета.

Вождь ухватился за край стола.

В момент, когда начало чернеть в глазах, амулет вдруг ослабил хватка. И вождь с сипом в горле выхватил воздуха, дыша всей грудью. Хватка ослабла, словно амулет увеличил размер застёжки. А камень на амулете засиял багрово-красным, словно признал вождя.

Столы вновь взорвались здравицами вождю.

– Амулет признал, что человек – достойный вождь, – подтвердил Старейшина с одного края стола.

– Духи не ошибаются. Андрен Хафл – наш предводитель, – добавил Шаман с другого.

Девона на этот раз первой поцеловала его. Да так крепко, что снова едва на ногах устоял. От вида той картины морская свинка полностью в чашу с медовухой залезла. И пузыри пошли, словно утопиться вздумала. Только вынырнула вскоре, хватая воздух.

– Это что же…Ик… Это как же… Ик… Она его губы как свои лобзают, а меня боги не принимают? Да я сейчас до вас доберусь, горемычные! Только от стола оттолкнусь и на небо залезу разом.

Чини сделала неловкую попытку вылезти и перевернула чашу. И словно река протекла по столу, вынося её к подушке. Но то лишь с точки зрения маленького зверька. Иные за столом и не заметили даже.

Едва завершился поцелуй, как кубки, чаши и кружки быстро опустели. И были налиты вновь.

– За Андрена, спасителя кланов и миротворца севера! – закричал Грок одобряюще. – Стоя!

И кубки опустели вновь. Никто не сел, глядя на стоящего вождя и воеводу.

– За Грока! Достойного воеводу! – добавил Андрен.

И кубки опустели вновь. Вождь грохнул кубок о стол и размазал по подбородку последние капли.

– Да начнётся пир!

Только теперь гости сели грянул пир, о котором весь север сказывал. И в первую очередь о случае на нём…

Едва за столом послышались разговоры, между куском мяса, как к столу двое братьев подвели третьего. Был он бледен, худощав и смотрел на вождя исподлобья.