Варленд в огне

Вместо приветствий и здравицы, как и подобает на пиру, он, однако, сразу закричал во весь голос. Так, чтобы другие слышали:

– Где же моя земля, вождь?

– А что же это? – повернулся к нему Андрен навеселе. – Мой друг Порась явился? И даже не откушаешь прежде? И чару не поднимешь?

– Я явился за своим! – заявил тот дерзко. – Признай моё право!

Вождь недобро усмехнулся:

– Что же ты Девону не поздравишь и мне слова доброго не скажешь? Или о здоровье Деборы не справишься? Ты ей руку сломал. Забыл?

– Что рука? Земля, вождь! – стоял на своём тот.

– Вспомни, ты обещал мне оставить мою землю в клане!

– Помню, – усмехнулся Андрен, вытер руки от жира о скатерть и поднялся. – Так напомни откуда твоя земля тянется и до куда?

– Так от старого пня и до трёх берёз. И от горелого куста до самой ямы, – повторил Порась, как и в первую встречу.

Андрен хлопнул в ладоши. Юнцы забегали вокруг Порася, засуетились у леса. Вскоре перед ним на юге лежал пень, а на севере три молодые берёзки торчали. На востоке куст вскоре прогорел, а на западе яму вырыли на четыре локтя.

А расстояние между всеми четырьмя ориентирами как раз в рост Порася и будет.

Рассмеялись за столом, оценив шутку. Побледнел Порась пуще прежнего, схватился за сердце.

– Что же ты, Порась? – усмехнулся Грок, подходя ближе. – Земли своей не признал? Вот тебе и берёзы, и куст, и яма, хоть сам в неё полезай. А давай отмеряем, войдёшь ли?

Орк пнул наглеца в живот. И тот в один момент оказался в яме. Поднялись за столом, желая видеть больше.

Андрен подал знак. Конюх подвёл братьям по коню доброму. Те кивнули, склонили вымытые головы. После чего вождь спокойно подошёл к краю могилы. Обнял за плечи Мирася и Вирася.

– Что же братья, получил ли по заслугам брат ваш? Вернул ли своё?

– Получил, – выдавил из себя Мирась.

– Все, что говорил, то и вернул. Видят боги, – добавил тихо Вирась. – А нам стало быть, больше земли достанется?

Андрен улыбнулся, добавил:

– Конечно. Как всем в клане. А как женитесь и детей заведёте, прирост получите.

Всем на голодный рот. На семью. По чести и, по совести. Сколько руки обработают.

Отошли от могилы довольные братья, отвели коней. Андрен у края только добавил, глядя сверху вниз:

– Что ж, Порась. Довольствуешься ли тем, что есть или служить мне достойно будешь и земли как всем за службу получишь?

– Что же ты вождь, обманул меня, а теперь службы моей честной желаешь?

– Где же обманул? Всё как есть. Вот твои березы, и яма при тебе.