Варленд: Бремя обречённых

Молодой эльф с серебряными от рождения волосами поднял небесно-голубые очи к полной луне. Тихие слова пронзили сердце и вырвались на свободу в виде незамысловатой песни детства:

Рождённый свободным

свет видит во тьме.

Укроет след эльфа

в густой темноте.

Он видел не мало.

Весь мир словно сын.

Рождённый свободным,

ты не был вторым.

Текут реки жизни.

Ты слышишь, ты здесь.

Ты понял свободу

И знаний не счесть.

Бывший генерал тяжело вздохнул, обвёл взглядом пустующую комнату. Ни одного заключённого.

На войну отпустили не только всех мужчин и женщин, но даже заступникам устоев простили прошлые прегрешения и выдали оружие.

Узница пустует, все ушли на Рубеж. К Засечной гряде. Остался только он и юный страж за дверью. Оставили самого молодого и неопытного.

«Меня сторожит ребёнок. Дожил», – подумал Ариан, порой жалея, что в Великой Академии не было новых курсов после Второго Задания.

Там хотя бы всё было ясно, учись, постигай. Как оказалось, на Родине его знания никому и не нужны.

Эльфы и так всё знают.

Подскочив, пленник ударил кулаком по решётке. В голове промелькнула вся предыдущая жизнь – раньше сверстников взял в руки лук, быстро овладел мечом. Имея магические способности, в академию Природы не пошёл. От Перворода впитал немало знаний, но путь ведаря его не прельщал. Сам напросился в Мидрид. Отец-король с великой неохотой отпустил единственного сына.

По выполнению Второго Задания от посоха Ариан отказался. Лук был вернее. В отстреле демонов, а не великой волшбе молодой эльф находил своё призвание.

Часто ходил в разведку вглубь страны Тёмных. Прошагал запретные земли до самого Провала.

Он изучал повадки демонов, знал каждый камушек рельефа враждебной страны. И теперь его знания и умения оказались не у дел. Потому что старые эльфы всё равно знают, как лучше.

По возвращению из Великой Академии с выполненной миссией, боевой маг Ариан стал четвёртым эльфом среди магов по силе и третьим по праву на трон. Выше был только отец и Первород, как первый эльфийский ведарь, что мог перечить самому королю без последствий.

Ведь общался он с самими богами. А им даже Миразрель не указ.

Но ни отец, ни бывший наставник не слышали его слов. Не давал отец сыну и всю полноту власти над армией, не желая одаривать званием маршала. Генерал, да отряд в пятьсот луков, вот и вся армия под рукой.

Быть первым среди равных генералов, преданных отцу, для Ариана было недостаточно. Не распылялся он на лесть королю.