Последнее сказание (*10 иллюстраций)

Не выпуская добычи из пасти, оборотень придушенно заскулил. Маленькая ручка держала цепко и жестко, прямо за горло. С силой, не свойственной никакому богатырю. Лада хотела подняться до космоса, но на это требовались минуты. Её кровь же стекала по руке. К тому же автономные системы защиты тела активировали бы защиту на определенной высоте. А поскольку клыки оборотня находились в её теле, система распространилась бы и на нее. По этой же причине она не могла его и утопить, занырнув с ним на дно. Как и выбросить в открытый космос или заставить сгореть в атмосфере.

Все это пришло озарением понимания мгновенно. Как и последнее средство.

Молния, ослепившая на миг, ударила в тела обоих. Но если тело Лады приняло разряд как источник сверхподзарядки и пропустило через себя без последствий, то оборотня обратило в пыль тысячами градусов мгновенно. Не осталось ни обугленного мяса, ни обгоревших костей. Просто пыль подхватил быстрый ветер и развеял над облаками.

Зрачки Лады продолжали сверкать молниями, пока Аватар изгнала из тела заразу от клыков оборотня, заставив её покинуть тело через поры кожи.

Аватар вздохнула и успокоила небо над городом, что уже начинало проявлять бурю на земле. Не хватало только погодных катаклизмов после военных локальных конфликтов.

Поднырнув под облака, Лада приземлилась на крышу печального, омертвевшего дома. Прислушалась, сверяясь с ощущениями.

Сотни людей в районе квартала по-прежнему лежали в коме. Дыхание и сердцебиения были замедленны настолько, что любая бригада скорой помощи диагностировала бы лишь одно – смерть. Видеть такое в своем родном городе было нелегко. Возможно там, в других мирах и землях к такому можно привыкнуть, но когда смерть приходит на улицы твоего города, опускаются руки…чтобы ладони могли сжаться в кулаки!

Лада вздохнула и закрыла глаза.

– Ребёнок, убивающий родителей. Куда мир катится? Всё так неправильно.

В то же время сотни людей в трёх домах открыли глаза, не понимая, что произошло. Тела их пришли в норму, но мозг страдал неполной амнезией. При них осталось память о специализации в жизни, но отсутствовали воспоминания о родственных связях. В один миг они стали чужими друг другу.

Это была плата за возможность жить полноценной жизнью, а не прозябать в больницах в недееспособности.