Последнее сказание (*10 иллюстраций)

И луком крестьянам глаза мазали. И в костры ремесленников лицом пихали – дымом дышать. И мужей свободных у жён забирали, по тюрьмам-темницам кидали. И детей беспризорных хворостинами лупили, да бабок беззубых голодом морили. Много слёз полилось. Не на один, а на десять чанов хватило. Принесли чаны гвардейцы в замок, поставили перед правителем.

– Вот, правитель. Молодцы мы. План перевыполнили.

Обрадовался правитель, скинул одежды и окунулся в чан со слезами. Да ничего не произошло. В другой окунулся – ничего.

Во всех искупался, да здоровее не стал.

– Позвать колдуна. Где этот душегуб-вредитель? Али против нашего государства пошёл? Правителя извести захотел? Так и голову с плеч не долго.

Привели колдуна под руки. Ухмыльнулся старик, посмотрел на чаны. Окунул палец в чан. Облизнул. Да молвил:

– Правитель, верный рецепт я сказал тебе. Да не верно твоё решение. Слёзы трёх видов есть. Есть слёзы принуждения. То лук, дым, али грязь какая в глаза попадёт. Есть слёзы боли и печали, от сердца идущие.

Тех и других твои гвардейцы поровну набрали, изрядно народ помучив. Да не вижу я третьего типа слёз. Ни в одном чану ни слезинки радости. Ни слезинки смеха. Счастья нет в твоём царстве-государстве. Оттого и хвораешь ты. Но это не гвардейцев забота. Те лишь слуги твои неистовые. То – твоё решение. Твой выбор. А нет счастливых людей, нет и жизни. Ни народу, ни правителю.

И упал правитель замертво. Разбежалась вся гвардия. А колдун раздал земли крестьянам, понизил налоги ремесленникам, выпустил из тюрем грустных людей, накормил старух беззубых, раздал беспризорных детей по семьям и стал новым правителем.

Царём-государем. И заплакал народ. Слезами радости. Без принуждения и боли. Без горя и без крови.

Долго жил новый правитель. Земель-повелитель.

* * *

– Сказка – ложь, да в ней намёк. Добрым молодцам урок, – договорил Идеолог и поднял глаза ко всем присутствующим.

Даниил, вздохнув, приблизился к писателю, положил руки на горло.

Макс ощутил тепло. В какой-то момент почти жар. Когда же Харламов убрал руки, Макс ощутил свободу дыхания, тяжесть в горле пропала, и не было больше желания сухо кашлять и хрипеть. Задышалось ровно и спокойно.

– Благодарю, – четким голосом сказал Максим и добавил. – Умирать не страшно, ребят. Страшно умереть ни за что… Что нам терять, кроме своих цепей?

Вася взял слово:

– Вы хотели знать с чего мы начнём? С дворцов пенсионного фонда.