Небо нас ненавидит

Второй стражник попытался его перехватить, но сразу понял, что ничего не выйдет - и отскочил в сторону, спасаясь от копыт боевого коня.

Да, своей лошади у Квендульфа не было. Но он катался на чужих и кое-что в этом смыслил.

Он летел галопом по улице, распугивая прохожих. К сожалению, от переодевания он не стал лучше ориентироваться в городе. Но теперь он был на коне - попробуй, заставь меня спешиться.

Единственным ориентиром была башня со шпилем, что за куполом библиотеки. Она была белая, словно из сахара - и сейчас рассыпалась, изрыгая столбы чёрного дыма.

Конечно, этот ориентир не годится, чтобы сбежать из города. Но другого всё равно нет и Квендульф поскакал в ту сторону. От храмов обычно ведут прямые дороги.

Цитадель священного города только казалась огромной. Квендульф не успел даже оглядеться как следут - а лошадь уже вынесла его к подножью падающей башни, где стоял ещё один храм, похожий ступенчатую пирамиду.

Та самая башня поднималась прямо из него. Изрыгающие чёрный дым трещины уже пронзили её от шпиля до фундамента.

Возле выхода из пирамиды гарцевал на пепельной кобыле ещё один стражник. А перед ним прыгал по ступеням, увёртываясь от копья, юный горожанин в жреческом облачении. На спине у горожанина болтался здоровенный мешок, так что он не мог достаточно маневрировать.

Это был Арад-Нинкилим. Приложив все силы и ловкость, юный жрец уворачивался от летящих сверху обломков и пытался поднырнуть под копьё - но мешок, тяжёлый, как горб, мешал, и натренированный всадник всегда каждый раз закрывал ему путь к отступлению.

Наконец, Арад-Нинкилим взревал и почти на четвереньках бросился под копыта. Стражник захохотал и рванул поводья.

Кобыла взметнулась на дыбы, а он уже замохнулся, чтобы пригвоздить вёрткого служителя к земле - но в последний миг перед броском на его шее захлестнулась чёрная удавка кнута.

Квендульф на полном скаку буквально выдернул его из седла, как морковку из грядки. Стражник завалился назад и грохнулся прямо на мостовую.

Арад-Нинкилим смотрел на это с ужасом, всё ещё не поднимаясь с четверенек.

- Садись!- крикнул Квендульф. Он был так возбуждён, что не заметил, что кричит это на родном языке.

Упавший стражник волновал его куда сильнее вопросов лингвистики. Тот пока ещё лежал неподвижно, только руки и ноги чуть шевелились. Но если он поднимется, путь даже и в таком состоянии - у юного жреца будут проблемы.

Поэтому нужно, чтобы он не встал. А если встанет - опять положить, но так, чтобы больше не встал...