Небо нас ненавидит

Это было наречие пустынь великого предела, которых не пересечь никому из смертных.

Но Арад-Нинкилим оказался быстрее. Одним ударом он опрокинул

Старший согнулся и стал изрыгать ругательства - на том же, непонятном наречии. А Арад-Нинкилим уже подхватил в полёте падающий стилет и вогнал его соседу прямо под рёбра.

Тот заревел и повалился на бок, изрыгая изо рта чёрную кровь. А Арад-Нинкилим уже заметил, как сверкнула над левым ухом сталь кинжала.

Разумеется, они пришли с короткими клинками. Большой меч неудобен на тесных улицах.

По той же причине жрецы носят ритуальные кинжалы.

И, надо сказать, неплохо с ними обращаются.

Противник успел только замахнуться - а кинжал Арад-Нинкилима уже вспорол ему руку. Кровь брызнула на крышку перевёрнутого стола, капли были похожи на жерелье из тёмно-красных опалов. Враг вскрикнул, попытался перехватить рану - и тут же получил удар в горло.

Другой адепты попытался напасть сбоку. Лезвие сверкнуло, полоснула Арад-Нинкилима по левой руке, выбило искорку, - и отскочило в сторону, не причинив никакого вреда.

Рука вплоть до локтя была обмотана металлическими чётками. Они и отразили удар, лучше всякой брони. А Арад-Нинкилим уже атаковал в ответ, оскаленный, с беспощадным огнём в глазах.

Он убил пришельца одним ударом в грудь. И успел увернуться от плетевшего в него стола.

Это пришёл в себя старший, с морщинистым лицом под мохнатой бородой. Когда он вскочил на ноги, у него в руке уже был клинок - чуть длиннее, с жёлтым, словно позолоченным лезвием.

Он держал его так, что было заметно - это боец лучше своих подчинённых.

Арад-Нинкилим стоял напротив, тоже в боевой стойке. В правой руке он держал красный от крови кинжал, в левой - кривой нож, каким режут дыни.

Ножей жрецам не полагалось. Но Арад-Нинкилим всё равно носил его с собой - на случай вроде этого.

Казалось, у него во рту всё пропитано чёрным перцем, хотя он ничего такого не ел.

Арад-Нинкилим оставался спокоен. Он знал, что это вкус не яда - а ярости.

Первый выпад.

Арад-Нинкилим отступил, замешкался и чуть не упал на спину. Адепт За-Бога просился в решающую атаку - и это его погубило.

Арад-Нинкилим сдалел выпад - словно защищался запоздалой контратакой. Противник легко его отразил - а в следующее мгновение кривой нож распорол ему живот, словно свежий арбуз.

Под халатом был тонкий панцирь из кожи пустынного ящера - но отточенный, как скальпель жреца-лекаря, нож проделал дыру и легко распорол плоть вдоль волокон.