Небо нас ненавидит

Старик оскалился желтозубой улыбкой. Теперь фонтанчик крови поднимался не при каждом слове, а при каждом вдохе.

- Те, кто сделал ЗаБога… который не умрёт… потому что не жив… да, ЗаБог.

- Первые буквы мён тех, кто сделал ЗаБога - Тр и К,- напомнил Арад-Нинкилим.

- Верно! Верно!

- Что вы знаете о них?

Умирающий набрал побольше воздуха, зыркнул хитрыми глазами. И только потом произнёс:

- Их звали - Трурль и Клапауций!- сказал старик,- Запомнил? Трурль - и Клапауций!

- Я запомню,- пообещал Арад-Нинкилим и одним ударом чёрного шара разможжил ему голову.

20 Ладислав, барон Томирский- Отлично,- пастор улыбался сквозь ночной полумрак,- удар мастера!.

А Ладислав не улыбался.

Он заметил, что к ним бегут новые. И эти вооружены уже копьями. А рапира, как назло, так и застряла в плоти мёртвого врага.

Юный барон Томирский помнил, что сам проверял заточку. Пастор, который больше разбирался в словестных битвах, ещё говорил, что нехорошо идти с боевым оружием на аудиенцию к королю, пусть даже и королю-узурпатору.

И вот она застряла.

Да, нападение было превосходно спланировано.

Лучник на крыше. Возможно, что не один. И они предусмотрели тот случай, если придётся убивать его спутников не по очереди.

Пастор пытался броситься наперерез тому, что был ближе. Нападающий оказался быстрее. Рапира свистнула, как коса, и бедный пастор схватился за грудь, рассчённую ударом клинка. Следующий удар отсёк ему второе ухо, а третий пошёл под углом и рассёк шею.

Теперь он наступал на принца. В свете уличного фонаря мелькнула довольно старое, побитое жизнью лицо. Сразу видно, ещё при старой линастии он упражнялся совсем не в словесных стыках.

У Ладислова не было ни мгновения, чтобы оплакать наставников. Но именно эта задержка спасла ему жизнь и (пока) свободу. Пока незнакомец расправлялся с пастором, юноша успал освободить и даже протереть платком свою рапиру. А в фехтовании юный барон был очень неплох.

Сначала он отразил уже начавшуюся атаку второго незнакомца и почти его повалил. Но потому увидел, что первый, закончил с пастором и приближается тоже.

Выбора было немного и юный барон отступил к стене. Не самая лучшая, но удобная позиция. Есть гарантия, что никто не нападёт со спины.

Он сражался как последный раз в жизни. И был недалёк от истины.

Его противники действовали аккуратно и даже согласовано. Ловко атаковали, и ещё ловчее отскакивали.