Искоренитель

Рядом с очагом лежал небольшой камень, пара грязных тряпок, разбитый монокль, отнюдь не острый нож без рукояти да обугленная с краёв торговая ведомость на три ящика ткани и связку палашей. 

Как мне и думалось, лагерь принадлежал торговцам.

Ефимий грел руки у разведённого наскоро костерка, воткнув меч в землю и с упоением глядя сквозь пламя:

– Они тоже в Клёновку путь держат, однако же, Залесье ближе гораздо! – он кивнул за спину и не стал оборачиваться.

– Ничего странного. Обыкновенная стоянка, как и сами купцы.

Слушайте, Ефимий, я вас совсем не принуждаю за собой следовать. Отправляйтесь-ка вы лучше в Вересковку. Подкрепления в войско прибыли, и там ваша помощь куда более кстати будет – я освободил Колосса и влез в седло. 

– А я доброволец ваш! Считайте, что тоже искоренитель, только с военным опытом. Мы и не такие задачки решали! – офицер вскочил, молниеносно заправляя клинок в ножны.

– Верю я. Но не лучше ль вам по своим обязанностям откланяться? Север ведь отстоять надобно, посему ваш опыт как нельзя кстати армии королевской придётся!  

– Как и внутри королевства сгодится! Благо, что военную выучку и против бестий использовать можно.

Я вашим надёжным союзником буду, смекаете? – глаз вояки дёрнулся, будто подмигивая.

– Так точно. И всё-таки! Я и сам вполне справлюсь: прибуду в Клёновку, оттуда прошение в приорат вышлю да соратников своих дожидаться буду.

– Полно, Мстислав.

Вызвался я уже, а стало быть – помогу.

Так и не уступив, вояка настоял на своём.

Около двух длительных часов мы из топей проклятых выбирались. Скакунов удалось в целости сохранить и не гнать впустую, ибо на большак их берегли, и скакать скотинке предстояло до глубокого вечера, пока бы Клёновки не достигли. 

Наконец, сумеречная пелена болот осталась за спиной вместе с сырым туманом и осязаемым хладом, а на границе с трясиной мы променяли ещё одну развилку и двинулись дальше.

 

Впереди оказались величественные луга и целые вереницы мельниц да маленьких ферм, в которых по-прежнему спорилась работа. Солнце всё ещё выглядывало малиновыми очами из скального оконца, в небе вновь появились птицы, далече завывали волки, на одном из полей лаяла неспокойная дворняга. 

Вечер совсем промозглым стал, и я пустил Колосса в галоп, дабы окончательно не продрогнуть и скорее до харчевни добраться.