Наш сосед - викинг

Под ней станция метро, которая, чтобы шпионы не догадались, называется как и раньше — “Площадь Ленина” и подземный торговый комплекс под стеклянными куполами с закосом под московскую Манежку.

С одной стороны — корпуса БГУ, главного университета страны. С другой — такие же серые корпуса Дома Правительства. А прямо посередине площади вздымается нелепой конструктивистской башней главный корпус Государственного педагогического университета.

Эта внезапная архитектурная доминанта носит гордое имя Максима Танка.

Большинство жителей города слышала про него в школе, на уроках литературы, хотя и не может назвать ни одного произведения этого великого народного классика.

В лучшем случае удаётся вспомнить, как прыснул весь класс, когда учительница сказала, что в тюрьме он выпускал журнал “За кратами”. Белорусский в стране знают всё хуже и школьники не понимали, что это означает “За решётками” — а вместо этого думали, что будущий классик уносился мыслью из тюрьмы на лоно родной белорусской природы, где живут зайчик, личиска и, разумеется крот. Именно вслед за кротом и устремился, должно быть, в родную почву тюремный поэт…

Но даже те из школьников, кто с кротами не дружит, усваивают, что настоящая фамилия будущего классика была Скурко. Но разве можно стать классиком, когда ты — Скурко из деревни Пильковщина? Надо было найти что-то более модное и актуальное.

Актуальны в ту эпоху были танки. Поэтому Скурко и взял военно-полевой псевдоним Максим Танк.

К тому времени, которое описывает наша история, этот деятель, конечно, давно уже умер и если и существовал, то только в толстенной хрестоматии белорусской литературы за десятый класс, среди прочей зевоты.

Но какая-то тень памяти о нём всё-таки расходилась и в конце концов дошла до нашего города.

И нашёлся человек, который тоже был в творческом поиске. Правда, фамилия у него была не Скурко. И жил он в другую эпоху.

Вот и вышло, что пыльный классик, даритель имени архитектурной доминанте, назвался Максим Танк.

А наш, пока ещё живой и наш современник, стал Максим Панк.

Со Стеблин-Каменским Максим был знаком через Сида. Но Сид на текущем этапе куда-то пропал из нашей истории — что для него типично, он вечно где-то пропадает. А вот Максим Панк, несмотря на творческий псевдоним, человек основательный. Как бы вы не начали исследовать жизнь нашей тусовки, вы непременно наткнётесь на него.

О его месте в искусстве вы будете судить сами, когда познакомитесь получше с его творчеством.