Бездна

Как выберемся из пещер, пойдем своими путями.

– Я выследил эфоров. Без детектора, – заметил мечник, буднично, без хвастовства или гордости.

Слова самурая впечатлили Тома, но Арчи оставался непреклонен. Узуки добавил:

– К одной цели могут вести разные пути. Быть может, есть иной способ вам добиться своего.

Арчи попытался сказать последнее слово, закончить разговор, но Том выпалил:

– Мы хотим найти Короля!

Повисла минута молчания.

На осуждающий взгляд низкорослого попутчика Том ответил:

– Не думай, будто я не вижу, что происходит.

Ты не меня пытаешься защитить, а свои интересы! – Том достал из мешка голову "Эс-Пэ", чем окончательно расстроил торговца. – Вот это тебе нужно. Вот в чем "моя ценность". Поэтому ты спасаешь меня. Поэтому ты взял меня с собой в путешествие.

Узуки смотрел на голову с нескрываемым любопытством. Том продолжил:

– А теперь ответь, Арчи! Тот немой бездомный, Кабб, украл ее для тебя? Ты хотел меня спровадить, а потом забрать ее себе? Может ты и людей Сидра на меня натравил.

..?!

– Парень, ты дурак, – буркнул Арчи. – Будь ты прав, я мог присвоить твой мешок, пока ты храпел в лодке. А потом оставил бы тебя посреди пустыни. Или сдал бы тебя падальщикам. Или бросил бы еще на заставе Байко. Знай, что он собирался тебя подстрелить, и это я его остановил...

Том почувствовал укол совести. И навалившуюся усталость. Сказать больше было нечего.

Отлично, пустыми подозрениями обидели единственного во всей Изнанке друга. Аккуратнее надо действовать, Том.

Особенно с живыми людьми.

– Можно я посмотрю? – спросил Узуки, кивнув в направлении "Эс-Пэ".

Том, помедлив, передал голову самураю.

Узуки осторожно повертел, провел пальцами по вмятинам, заглянул внутрь через дыру, коснулся оборванных проводов. Вернул голову владельцу, со словами:

– Жаль, нет подходящих источников питания. Батареи эфоров здесь не подойдут, хотя можно попробовать с ними повозиться... Не могу сказать, в чем именно ценность вещицы. Разве что как диковинка из внешнего мира.

Редкий артефакт.

Арчи, насупившись, упрямо хранил молчание.

– Может пойму, если рассмотрю лучше, на поверхности, при свете, – добавил Узуки и как будто вовсе забыл о существовании головы.

Том вздохнул, привалился к стене, закрыл глаза. Понимал, что надо бы извиниться перед товарищем, но не мог найти слова.

Вскоре Узуки развеял повисшую тишину. Самурай извлек бамбуковую флейту из кармана и принялся негромко наигрывать мелодию.