Шуты и Башни

– Но какое слово, какой слово, Джордж? Ты же не напишешь его? 

– Ясно дело нет, умел бы я Слово писать, я бы тут в глине не копался, Ульм. Только, сколько я знаю, живой человек его написать не может. Ну, если не считать сказок про Джека. 

– Вот! 

Кажется я опять попался в силки. Он такого от меня и ждал. 

– Вот! 

Ульм соскочил со своего насеста и давай ходить как кулик – подпрыгивает, головой трясет, и как всегда смотрит на тебя, в бок. Ну натурально птица какая – кулик вот, опять же, или там грач.

 

– И не надо самому Слово писать! Сами нам его напишут, и сами в Склады пойдут. 

– Кто? 

– Так големы же!

– Господи Ульм, как ты себе это видишь? Не, ну реально, это через край, даже для тебя. Это что получается, нашим опять хватать глиняного парня. Да так чтоб не расколоть, да? Тащить его к Башне, он кстати будет против. И остальные тоже. И вот даже, допустим, Центурион нам выделит, ну, например манипулу, а он кстати пошлет тебя с этой идеей, у нас пошлет, и матушек наших.

И так легион на половинном довольствии, а глины мы накосили полторы нормы, помнишь? Но допустим ты его уболтаешь, с тебя станется. И вот короче мы его приволокли, умудрились как-то не кокнуть ему башку, а дальше что? 

– Ну а дальше, Уолдо уже научился строить для каолина нотальный план. Посадим его в башню, облака поднимем и получим оттиск имени. 

– Погоди, погоди, Ульм. Ты на солнышке сидел? Перегрелся? Как это мы облака поднимем? Кем, песья тень? Йх у нас, по твоей кстати просьбе, продолжает клепать турель.

Башню всю перекосило от этого, и, помяни мое слово, нам это еще аукнется, но он почти закончил. И даже, кстати, рад. Ну да, Йха не сложно обрадовать - дай ему что-нибудь взорвать, и счастья на два рассвета хватит, так он будет светиться. Кристо и Колобок у нас наконец-то начали строить новый этаж. 

Тут я, надо сказать, по краешку тени прошел. Я, конечно не соврал, врать в нашем деле нельзя совсем, не заметишь как оп! А ты уже и не огонь, а фитиль.

Но отмашку я парням дал вот только что, и даже толком и не вник, что же они там придумали. Но, по крайней мере, это было что-то похожее на то, зачем мы вообще в Глиняный Поход пошли. 

– Игла еще мелкая, а Унция и Белый свет приписаны к гестатам и принципам. Прани, конечно не шибко рады, но кто-то же должен Центуриону мечи поджигать? А больше, Ульм, у меня никого и нет.